Официант в дальнем конце ресторана обернулся:
– Что, Рэни?
– Стаканчик вашего самого классного «Дымящегося Джо», пожалуйста.
– Винс? – произнесла Мэтти, садясь за стол и беря в руку тост. – Откуда ты знаешь, как его зовут?
– Вчера вечером он приносил мне ужин в номер. Оказалось, что он фанат «Битлз», как и вы, Гил. Я рассказала ему о той вечеринке в Индии с Джоном, Джорджем и махараши[100]. Духовное озарение и бутылка чертовски хорошего коньяка. Ну а теперь Винс – мой лучший друг. – Рэни подалась вперед, прижимая вытянутый палец к ярко накрашенным алой помадой губам. – А посему мы этим утром можем рассчитывать на добавку сосисок, если, конечно, сможем их переварить.
Оставив покрытую палой листвой автостоянку при отеле, Ржавчик повез нашедшую общий язык компанию в сердце старинного города. Казалось, что дома, деревья и люди, встречающиеся им на пути, разделяют оптимизм, который царил в автофургоне. Мэтти решила, что сегодня замечательный день. Управляя автомобилем, женщина ощущала на себе взгляд Гила. Их чудесная маленькая тайна, ведомая только им двоим… Учитывая, что теперь ей приходилось ездить с этими людьми, что постоянно нарушало ее право на личное пространство, было не лишним иметь возможность что-нибудь утаить от других. По пути из отеля, когда идущая впереди Рэни не могла этого увидеть, Гил взял Мэтти за руку и поднес к своим теплым губам, чтобы поцеловать. У Мэтти мелькнула мысль о том, как долго эти поцелуи украдкой останутся незамеченными, но пока Рэни ничем не выражала своей осведомленности.
Этим утром за завтраком старушка выглядела значительно более жизнерадостной, чем прежде. Ее рассказы о тех проделках, которые устраивали она и Джонни Пауэлл, он же Чак, чтобы подшутить над музыкантами из оркестра, вызывали у Мэтти и Гила смех. Это явно контрастировало с ее высказываниями о Джуне. Становилось ясно, что она и Чак были очень близки, пожалуй, даже ближе, чем она и Томми в самом начале.
– Однажды мы пришили постельное белье к матрасу, на котором должен был спать Рико. Это было в одном мотеле возле Рима, – рассказывала Рэни, разглядывая встречающиеся ей на пути здания этой очень красивой части города. – Примерно на две трети от изголовья кровати к ногам. Там мы спали на хлопчатобумажных простынях, укрываясь старыми шерстяными одеялами. У Чака была старая штопальная игла. Только небесам ведомо, откуда он ее достал. Нитка была того же серого цвета, что и одеяло. Он долго шил крупными стежками от одной стороны к другой. Когда Рико попытался лечь в постель, он не понял, почему не может просунуть ноги. Он попытался несколько раз, а потом решил, что его тело выросло, а ноги сжались. Чак был ловкач, когда дело доходило до таких вот розыгрышей. Он вечно прятал будильники под нашими кроватями и заводил их на три часа утра. Люди пугались до ужаса.
– Как так получилось, что ты утратила с ним связь? – спросила Мэтти.
Если они были настолько близки в прошлом, как она говорит, почему бы их дружбе не выдержать испытание временем?
Рэни вздохнула.
– Ну, знаешь, как это бывает… Появляются неожиданные препятствия… Ты принимаешь неверные решения. Я с нетерпением жду, когда увижусь с ним. В прошлом мы неплохо ладили друг с другом.
– Возможно, вы сумеете продолжить то, что у вас было прежде?
– Хотелось бы, но не уверена, что он остался таким, каким был в молодости. Он всегда хотел поселиться здесь. – Рэни прижалась носом к стеклу, разглядывая проплывающие мимо нее элегантные городские здания. – Мы считали его этаким мистером Дарси[101]. Я и Элис нещадно над ним потешались, потому что он читал Джейн Остин. Только представьте, парню двадцать два года, а он такое читает. Сейчас, думаю, он выглядит очень органично. Томми говорит, что он – вылитый сельский сквайр[102].
Рэни удалось очень похоже спародировать нортумберлендский акцент Томми. Мэтти и Гил рассмеялись.
– Ты была в дружеских отношениях с Чаком, когда ушла из ансамбля? – поинтересовалась Мэтти, преодолевая кольцевой перекресток, из-за чего нутро Ржавчика подозрительно заскрипело.
Улыбка Рэни стала чуть натянутой. Неужели нервы взяли свое и от утренней самоуверенности не осталось и следа?
– Мы неплохо ладили.
Дом Чака располагался в Видкомбе, не так уж далеко от исторического центра Бата. В утреннем свете стены из песчаника казались медово-золотистыми. На фоне синего неба с сахарными облаками это было очень красиво и радовало глаз.
– Это его дом? – спросил Гил с заднего сиденья.
– Дом его старшей дочери. Так мне сказал Томми, – ответила Мэтти.
101
Мистер Дарси – литературный персонаж, один из главных героев романа Джейн Остин «Гордость и предубеждение» (1813). Дарси представлен как язвительный и достаточно проницательный молодой джентльмен.
102
Сквайр – почетный титул в Великобритании (первоначально, в раннем Средневековье, титулом награждался оруженосец рыцаря), впоследствии титул присваивался чиновникам, занимающим должности, связанные с доверием правительства.