Задумавшись, я едва не пропустил момент, когда облака вспыхнули, объятые алым пламенем. Сияние расползлось на пол-горизонта, в его ореоле из моря восстал краешек солнца. По мере восхода морскую гладь охватывал пожар — пурпур и золото. Казалось, когда он доберётся до нашего корабля, мы вспыхнем и сгорим, вознесясь к небесам невесомым пеплом.
У меня заслезились глаза. Я отвернулся, не в силах более созерцать полыхающее великолепие. Проморгавшись, я стал смотреть на приближающийся остров. Окинава проступала из редеющего тумана: самый большой остров архипелага Рюкю, цель нашего путешествия.
Туман рассеивался. Остров надвинулся, вырос, открылся вид на портовую гавань: великое множество кораблей, корабликов и лодок. Часть судов выглядела привычно — такие я много раз видел в порту Акаямы. Попадались и незнакомые — узкие, с низкой осадкой и тремя мачтами. Их паруса походили на раскрытые веера. Один корабль, длиной больше нашего, шёл навстречу, покидая гавань.
— Китайская джонка, — прозвучало у меня над ухом.
Увлёкшись зрелищем, я не заметил, как ко мне подошёл Широно.
— Капитан сказал, — пояснил он в ответ на мой вопросительный взгляд.
Китайская? А как же блокада Чистой Земли южными варварами?! Вместе с китайцами, кстати. Из разговоров на борту — и содержимого трюма — я знал, что на Окинаве процветает морская торговля. Ну, процветает, и ладно. А они, оказывается, и с китайцами торгуют?! Ну да, здешний король — «слуга двух господ»… Блокада — блокадой, а прибыль — прибылью. Мне доводилось иметь дело с акаямскими торговцами, и я неплохо представлял, какие нравы царят среди них.
Почему здесь должно быть иначе?
Джонка поравнялась с нами. На носу махал рукой смуглый до черноты моряк в накидке без рукавов, широких красных штанах и с красным платком на голове. Я помахал ему в ответ. Проводил взглядом джонку — и лишь сейчас заметил вдалеке на рейде… Я даже не сразу понял, что именно. Корабль?! Он был весь окутан белоснежными парусами и смахивал на цветок пиона, что не до конца распустился. Корпус непривычной формы был выше нашего, с пузатыми бортами и высокой кормовой надстройкой.
— Вот ведь громадина!
Широно не замедлил отозваться:
— Это корабль южных варваров.
Спрашивать об источнике его осведомлённости не имело смысла. За время пути мой помощник каким-то чудом наладил дружбу с неприветливым капитаном. Оба напропалую грубили друг другу, и оба были очень довольны своим собеседником.
Выходит, южным варварам всё прекрасно известно? И они тоже не прочь урвать свою долю прибыли? Впрочем, в последнем — кто бы сомневался!
Чего я ещё не знаю об Окинаве?
Ничего я не знаю. А значит, буду спрашивать, не постесняюсь.
Большинство причалов были заняты. Пришвартованные к ним корабли разгружались и загружались, готовясь к отплытию, люди сновали по сходням, таская бесчисленные тюки, короба, бочонки и мешки. Плеск воды под причалами мешался с топотом носильщиков, командами на незнакомых языках, скрипом досок, воплями чаек. Не обращая внимания на сумятицу, капитан уверенно правил к одному ему известной цели. Когда до берега оставалось не больше тё[36], я наконец разглядел свободный причал, к которому мы шли.
На причале нас уже ждали.
2
Летят журавли
— Приветствую вас во владениях клана Симадзу!
Пожилому самураю, что встретил нас приветствием, было за шестьдесят. Для своих лет он выглядел на удивление крепким, — не растолстел и не усох, как бывает с людьми в старости. Держится с достоинством, оценил я, но без заносчивости. Лицо гладкое, морщин мало. Благородная седина — там, где её не скрывает «воронья шапка» эбоси — отблёскивает серебром.
Не просто эбоси, а татэ-эбоси: средней высоты, нависает вперёд и аккуратно приплюснута с боков. Такие шапки имеют право носить лишь чиновники высших рангов.
— Я дзайбан Кабаяма Кюэмон. Со мной мои помощники Ногути Сэтору и Ногути Масаши.
Вот это да! Нас встречает сам глава княжеской управы.
А эти двое, значит, братья. Один — мой ровесник, второму около тридцати. В остальном похожи, как и положено братьям. Взгляды острые, внимательные; брови срослись над переносицами. Лица каменные, мышцы каменные, даже под одеждой видно. Скорее охрана, чем помощники. Вряд ли дзайбану что-то грозило в порту или где бы то ни было на Окинаве — сопровождение всего лишь подчёркивало его высокий статус.