Когда сын Давида царь Соломон построил первый иерусалимский храм с двумя бронзовыми колоннами и украсил его изображениями львов, быков и херувимов, ковчег был поставлен в «святая святых». По правую и левую стороны от него находились изображения двух херувимов. Это были типичные для всего Ближнего Востока фигуры крылатых синкретических существ, соединявших в себе части тела льва, быка, орла и человека. Такие же существа стояли «у врат рая». Совершенно ясно, что только эти два херувима могли стоять по обеим сторонам ковчега по аналогии с небом, где справа от него (то есть от солнца) находится растущий, а слева — убывающий лунный серп.
В Иерусалимском храме херувимы распростерли крылья над тем местом, где стоял ковчег, и сверху прикрыли его. Широко раскрытые крылья херувимов, сделанные из чистого золота, простирались от северной до южной стены храма. Двумя внутренними крылами они касались друг друга и покрывали стоящий посередине священный ковчег[256]. Во времена Моисея перед ковчегом лежали жезлы начальников каждого из двенадцати колен Израиля[257]. А когда жезл Аарона, за ночь зазеленев, покрылся цветами миндаля, бог приказал оставить его перед ковчегом, чтобы не погибли сыновья Израилевы[258].
В период борьбы против филистимлян (еще до первых царей — Саула, Давида и Соломона) ковчег завета временно оказался в руках врагов. По совету жрецов и предсказателей филистимляне вернули его с дарами народу Израиля для искупления греха. Уже тогда ковчег был пуст — в нем не было ни скрижалей с законами-заповедями, ни останков Иосифа.
Временный захват ковчега филистимлянами, — вероятнее всего, реальное историческое событие. Но, как принято в древней литературе, рассказ о нем переводится на язык звезд: филистимляне сделали новую колесницу, запрягли в нее двух молодых телиц, не ходивших еще под ярмом, и поставили на нее ковчег Израиля вместе со шкатулкой искупительных золотых даров.
«И пошли коровы на дорогу… но не уклонялись ни направо, ни налево… Жители Вефсамиса жали тогда пшеницу в долине и, взглянув, увидели ковчег господень, и обрадовались, что увидели его. Колесница же пришла на поле и остановилась там; и был тут большой камень, и раскололи колесницу на дрова, а коров принесли во всесожжение господу. Левиты сняли ковчег господа… и поставили на большом том камне»[259].
Хотя колесницу раскололи на дрова, не дрова выступают в роли дерева. Вместо дерева фигурирует большой камень.
Правда, в следующей главе Библии говорится о том, как ковчег сняли с камня[260]. Но не это главное. Главное здесь — культовый язык небесной религии.
Ибо тот, кто наблюдает звездное небо, не может не заметить, что место, где появляется убывающий серп луны и где возникает новый серп, в течение года перемещается по большому кругу. Но между умирающим и воскресающим лунными серпами расположен ковчег господень, и он вместе с лунными серпами постепенно направляется по зимнему и весеннему звездным путям к дереву или к камню. Перед тем как ковчег бога оказывается на большом камне и раскалывается дерево, в Палестине собирают урожай (май, июнь).
Поэтому, как сказано в Библии, и обрадовались жители Вефсамиса, когда, подняв глаза, увидели, что мимо них коровы провезли ковчег господень.
Христос в терновом: венце, сидящий на камне (виньетка Альбрехта Дюрера. Пример типичного дохристианского влияния на религиозные изображения)
Дорога, по которой эти два тельца шли столь согласно, не сворачивая ни вправо, ни влево, проложена не на земле, а на небе. Положение лунного серпа, убывающего или возрастающего, и ковчега посередине указывает на положение солнца и время года. Солнце не дает указаний на время года, ибо, когда оно светит, звезд не видно, но их дает вечернее или утреннее небо, на котором появляются солнечные ладьи, солнечные кони, быки и коровы, орлы, змеи, рыбы… Они сияют ярким блеском, когда на небо выходят большие созвездия, и все они в первую очередь связаны с деревом или камнем, которые исчезают в свете солнечных лучей, когда приближаются лунные серпы и открывается гроб Осириса.
Отсюда возникла система определения времени, полностью основывающаяся на изменениях лунного диска, — лунный небесный календарь, извещавший о том, когда надо сеять и когда убирать урожай. Только в последние века до нашей эры постепенно перешли к новой, более совершенной системе измерения времени, в которой показателями служили лишь восход и заход определенных звезд: и только в религиозных представлениях и понятиях остались, пусть в затемненном виде, многие неясные представления, которые некогда были одновременно и небесной религией, и учением о времени.