В Мендесе как священная реликвия хранился и фаллос Осириса. Поэтому египетские женщины, молившие послать им ребенка, обнажали живот не только перед священным небесным быком Аписом, склонялись не только перед живым быком Мемфиса, но и перед божественным бараном из Мендеса, олицетворявшим лунного бога.
Древние египтяне знали легенду о божественном баране, который вступал в любовную связь с женщинами. Самые прекрасные женщины были его подругами. Ведь божественный баран является воплощением луны, творческого начала, оплодотворения, «божественным женихом».
На берегах Евфрата и Тигра земные церемонии, сочетавшие мужчин и женщин брачным союзом, также вели свое происхождение от подражания любовному соединению луны (месяца) и Венеры (пли богини дерева) на небесах. Древнейший обычай нарекать царевну невестой лунного бога Нанны-Сина существовал в городе Уре еще в начале II тысячелетия до н. э. Найденные в Уруке ожерелья из жемчуга с именами двух жриц — одна из них была сама царица Даббатум — свидетельствуют о том, что владелицы этих ожерелий считались невестами бога, сочетавшимися священной свадьбой. Сохранились гимны, где говорится о культовых обрядах, совершаемых во время этой священной свадьбы: «Омывают госпожу для священного лона, омывают ее для Иддиндаганса [земного владыки Исина, правившего в XX–XIX веках до н. э.]. Омовение готовят для священной Инанны [богини звезды Венеры], поливают землю благовонным соком кедрового дерева. Высоко подняв голову, царь идет к священному лону Инанны, Ана-ушумгал [видимо, культовое имя царя, воплощающего бога луны и растительности], возлегши рядом с ней, ласкает ее священное тело».
Шумерские и аккадские владыки брали на себя таким образом роль мужа и любовника Инанны-Венеры на небе и праздновали священную свадьбу с ней. Роль госпожи неба исполняла при этом главная жрица или сама царица. В то же время в мистериях Инанны, которые строго соблюдались в середине III тысячелетия до н. э. правителями Ура, уже была закреплена основная идея о замещении богов луны, растительности и времени года земными царями. На протяжении тысячелетий праздновалась священная свадьба в Месопотамии. В период правления царя Набонида в Вавилоне земные представительницы царицы неба жили со своей свитой в гаремах и были тщательно изолированы от внешнего мира. Набонид сообщает, что он, «после того как посвятил и передал богам свою дочь, окружил спальню невест бога стеной и превратил, таким образом, дом в мощную крепость».
Нередко акт соития составлял основное содержание богослужения в Греции, причем его осуществляли преимущественно верховные жрицы из знатных родов. Сам акт происходил в святилище храма, причем смертная представительница богини неба отдавалась мужчине, который воплощал созидающего бога луны или божество растительности. В Элевсине, близ Афин, в последних веках до нашей эры эта церемония совершалась, видимо, лишь символически, но все равно осуществлялась ночью, при погашенных факелах. После окончания обряда служанки храма выходили из святилища к людям, ожидавшим в большом зале храма, и выносили только что народившийся священный огонь нового света, от которого возжигались огни очагов верующих. Одновременно им сообщали: «Героя-младенца родила героиня, сильная — сильного!».
В последнем тысячелетии до нашей эры в Малой Азии, Сирии и на Ближнем Востоке в культовых церемониях проявилась склонность к обобщениям и к некоторой демократизации культа. Религия предписывала жрицам небесной богини-матери (иштаритам и гиеродулам) при их посвящении во время мистерий отдаваться молодым мужчинам. Священная проституция, практиковавшаяся в храме Иштар-Венеры города Урука, широко распространилась по всему свету. В святилищах небесной богини в Малой Азии, Сирии, Месопотамии, Армении и Ханаане жрицы приносили свою девственность в жертву богине. В Вавилоне каждая женщина независимо от ее знатности и богатства приносила эту жертву. Полученное вознаграждение она вносила в казну храма великой богини-матери. «Как бы мала ни была монета, — писал Геродот, — женщина не вправе отвергнуть ее, потому что деньги принадлежат божеству. Она следует за первым, бросившим ей деньги, и не пренебрегает никем. После сообщения и, следовательно, выполнения священного долга относительно богини женщина возвращается домой, и с этого времени нельзя иметь ее ни за какие деньги. Женщины, выдающиеся красотою и сложением, уходят из храма скоро; все некрасивые остаются там долго, потому что долго не удается им исполнить свою обязанность по отношению к богине; иные должны ждать по три и по четыре года. Подобный обычай существует и в некоторых местах на Кипре»[286].