Об ангелах стыда и бесстыдства
А если это не сон?
— …его будить.
— Точно?
— Не должен, но вот, пожалуйста, оставляю термометр.
— Спасибо, господин доктор.
— C'est mon devoir, ma chérie[153].
И доктор Конешин отплывает в утренний свет. Прохладное постельное белье накрывает щеку, шелк на коже. Движение воздуха приносит запах жасминовой парфюмерии. Поет птичка. Почему же не слышен стук колес по рельсам?
Тишина, спокойствие, тепло.
А если это не сон?
Розовые пятнышки солнечного света танцуют на поверхности век.
Я-оно открыло глаза.
Панна Елена Мукляновичувна склонилась над постелью с белым бинтом в руке, бусы из молочно-белых жемчужин колыхались на фоне черного тюля, тик-так — протянуло руку и остановило маятник.
Елена с легким раздражением усмехнулась, коснувшись язычком верхней губки.