— Мы также сумели наскрести для вас еще несколько кораблей, — продолжил Капарелли. — Не так много, как мне хотелось бы, или даже как первоначально планировалось, зато часть из них новее, чем первоначально назначенные. То, что мы нашли для вас, будет ждать вашего возвращения к Восьмому флоту. Главная проблема, я уверен вы догадываетесь, это необходимость прикрытия Занзибара и Ализона. Особенно Занзибара, поскольку хевы получили возможность так хорошо познакомиться с тамошней обороной. Честно говоря, ваш успех с «Плодожоркой» только обострит данную конкретную проблему. Рассуждения, уверен, будут звучать примерно так: «Если Харрингтон смогла сделать такое с ними, то они смогут сделать такое с нами». И хуже всего, черт побери, конечно то, что они будут правы. А даже если бы и не так, то политическая реальность Альянса требует от нас отозваться на их озабоченность.
Хонор слегка нахмурилась и он покачал головой.
— Одной из причин, по которым эта реальность реальна, Хонор, является то, что так и должно быть. Согласен, что полная некомпетентность Высокого Хребта еще сильнее ухудшила ситуацию. Но это не меняет того факта, что эти две системы — наши союзники; что они в настоящее время наиболее открытая — и наиболее привлекательная — из доступных хевам второстепенных целей; и что у них есть моральное право требовать и получать адекватную защиту. Мне не нравится, как это сказывается на имеющихся в распоряжении у меня силах, но я не могу притвориться, что у них нет такого права.
— Может быть и так, сэр, — робко вставила Брайэм, — но решение адмирала аль-Бакра во время рейда хевов на Занзибар ничуть не пошло на пользу.
— Не пошло, — согласился Капарелли тоном, сама нейтральность которого была мягким упреком. — Однако это ныне воздух, улетучившийся в шлюз, коммодор. Мы вынуждены иметь дело с ситуацией как она есть. И, хотя я знаю, что у вас не было такого намерения, мы не можем себе позволить поддерживать отношение, которое, к сожалению, уже распространилось среди части нашего персонала. Дела идут достаточно плохо и без того, чтобы намекать занзибарцам, что мы считаем их некомпетентными или трусами пугающимися собственной тени.
— Нет, сэр. Конечно нет, — согласилась Брайэм.
— Оставляя, однако, это в стороне, — продолжил Капарелли, вновь поворачиваясь к Хонор, — репортеры уже объявили операцию нашей первой победой этой войны в наступлении. Таким образом вы теперь удерживаете титулы победителя и в оборонительной, и в наступательной операциях. Боюсь, что ваша репутация продолжила свой рост.
— Это же нелепо, — проворчала Хонор и раздраженно помотала головой. — Вот уж воистину «победа в наступлении»! Наши силы настолько превосходили те несчастные хевенитские пикеты, что это было как… как скормить цыплят квазиакулам!
— Конечно же, именно так, — в свою очередь покачал головой Капарелли, однако скорее в изумлении, — Так и должно быть, где бы нам ни удавалось это устроить. С другой стороны ваши достижения — и особенно то, как вы позволили Миллигану уничтожить собственные корабли — просто мечта газетчика. Они, похоже, еще не вполне решили как вас преподнести: как элегантного, рыцарственного корсара, или как крутого как гвоздь, жестокого ветерана. Хэмиш упоминал пару типов из морских флотов Старой Земли. Кого-то по имени Рафаэл Семс[28] и кого-то по имени Билл Хэлси[29]. Хотя добавил, что у вас больше тактического чутья чем у Семса, и стратегического чутья чем у Хэлси.
— О, так и сказал? — глаза Хонор угрожающе блеснули и Капарелли хихикнул.
— Почему-то мне кажется, что он предвкушал, как я вам это расскажу. Однако, тем не менее… как бы вас это не раздражало, не ждите, чтобы кто-либо в правительстве или на флоте попытался притормозить этот процесс. Честно говоря, нам необходимы каждый положительный отзыв в прессе — и каждая из поднимающих мораль историй — которые мы сможем получить. Все, что поднимает нашу мораль и разрушает мораль хевов, слишком ценно, чтобы даже задумываться о возможности от этого отказаться.
— В этом отношении, сэр Томас, — сказала Брайэм, — полагаю то, что сделали с ними «Катаны» и «Агамемноны» должно нанести несомненный удар по их морали. Если на то пошло, подозреваю, им придется пересмотреть все подряд оценки сравнительной боевой эффективности.
— Надеюсь вы правы, коммодор. И еще должен признать, что то, что я видел в предварительных докладах заставляет меня чувствовать себя увереннее в отношении сравнительной эффективности наших новых кораблей и систем. Но суть дела в том, что их у нас не так-то много. На самом деле, это главная причина того, что в Восьмой Флот отправляется столь существенная часть имеющихся в наличии новых систем. Мы хотим, чтобы хевы видели, что мы их используем. Буквально бросаем их в лицо Тейсману в надежде, что их эффективность настолько его впечатлит, что он не догадается, как их у нас мало.
— А насколько РУФ полагает это вероятным, сэр? — нейтральным тоном спросила Хонор. Для себя она уже решила. Капарелли криво ей улыбнулся.
— Примерно настолько же, насколько и вы, — ответил он. — С другой стороны, когда… вода настолько глубока, ваша милость, вы готовы хвататься за что угодно, лишь бы это помогло удержаться на поверхности.
Глава 24
— Добро пожаловать домой, Хонор. — широко улыбнулась вошедшей в дверь Белой Гавани Хонор сидевшая в своем кресле Эмили Александер. — Похоже, я в последнее время часто это повторяю. Жаль только, что недостаточно часто.
28
29