— Хорошо. — кивнула Причарт. — Уверена, что не должна кому-либо из вас напоминать, что чрезвычайно важно, чтобы мы держали все наши подозрения при себе до тех пор, пока я не встречусь с Елизаветой.
Энергичные кивки были ей ответом и Причарт с улыбкой откинулась в кресле.
— Прекрасно. Раз мы пришли к согласию, то, думаю, у меня есть посланник, который доставит наше предложение на Мантикору.
Глава 46
— Шкипер, у нас след внепланового гиперперехода в шести миллионах километров!
Капитан Джейн Тиммонс, командир КЕВ «Андромеда», развернула свое кресло к тактику. Дистанция в шесть миллионов километров была меньше пределов досягаемости однодвигательных ракет!
Она открыла было рот, чтобы потребовать дополнительную информацию, но тактик уже продолжил.
— Единичный след, мэм. Очень маленький. Вероятно курьер.
— Есть что-нибудь от него? — спросила Тиммонс.
— По СКС[38] нет, мэм. А со скоростью света мы ничего не получим еще, — он сверился с отметкой времени обнаружения, — четыре секунды. На самом деле…
— Капитан, — настороженно произнес офицер связи, — у меня вызов на связь, на который, по-моему, вам лучше ответить.
В сумраке каюты раздалась трель коммуникатора. Хонор немедленно села, мгновенно проснувшись, что за долгие годы стало для неё нормой. «За исключением, возможно, — подумала она, с мимолетной улыбкой ища коммуникатор, — случаев когда я „дома“. Тут она нащупала тускло подсвеченную кнопку включения голосового канала и нажала ее.
— Да?
— Ваша милость, простите, что разбудила. — глаза Хонор расширились. Это был не МакГиннес, который практически всегда принимал ночные звонки; это была Мерседес Брайэм.
— Не думаю, что ты бы сделала это без причины, — сказала Хонор, когда Брайэм помедлила.
— Да, ваша милость. — Хонор услышала, как ее начальник штаба прочищает горло. — Один из патрулировавших периферию системы линейных крейсеров только что ретранслировал нам передачу. Исходила она от прибывшего вне расписания курьера. — она сделала еще одну паузу. — Хевенитского курьера.
— Хевенитского курьера? — переспросила Хонор. — Здесь?
— Именно так, ваша милость. — Хонор отметила странные интонации в голосе Брайэм. Но прежде чем успела задать вопрос, та уже продолжила. — Думаю, вам следует просмотреть их передачу, ваша милость. Могу я воспроизвести запись?
— Конечно, — ответила Хонор, чувствуя себя несколько заинтриговано, и нажала кнопку приема видео. Дисплей ожил, отобразив заставку внутренней связи «Императора», а затем Хонор подпрыгнула, увидев на нём чрезвычайно знакомое лицо.
— Думаю это несколько неожиданно, — произнесла контр-адмирал Мишель Хенке, — но у меня сообщение для Её Величества от президента Республики Хевен.
Хонор, стоя возле почетного караула, ожидала стыковки бота «Андромеды». Она сумела заставить себя выглядеть совершенно спокойной, хотя постоянное подёргивание хвоста сидевшего у неё на плече Нимица выдало бы её состояние любому, хорошо знавшему кота.
Протянулась переходная труба, зажегся зеленый сигнал и Мишель Хенке осторожно влетела из невесомости в область внутренней гравитации «Императора». Приземляясь, она явно берегла левую ногу. Хонор могла ощущать её дискомфорт, вытягиваясь по стойке смирно и салютуя ей под звук боцманских дудок.
— Прибыла командующий 81-й эскадрой линейных крейсеров!
— Разрешите подняться на борт, сэр? — спросила Хенке у дежурного офицера.
— Разрешаю, адмирал Хенке!
Отсалютовав, Хенке перешагнула линию, обозначавшую границу пространства корабля. При этом она заметно прихрамывала.
— Мика, — очень тихо сказала Хонор, крепко пожимая протянутую руку. — Счастлива снова тебя видеть.
— Я тоже, ваша милость, — ответила Хенке, ее обычно хрипловатое контральто хрипело сильнее обычного.
— Ну, — Хонор наконец отпустила её руку, несколько унимая общую радость от встречи, — кажется вы что-то там говорили про сообщение?
— Да.
— Следует ли мне вызвать адмирала Кьюзак?
— Не думаю, что это необходимо, мэм, — официально, в присутствии стольких глаз и ушей, произнесла Хенке.
— Тогда не пройти ли нам ко мне в каюту?
— Конечно, ваша милость.
Хонор возглавила процессию к шахте лифта, за ней двигался невероятно настороженный Эндрю Лафолле. Она нажала кнопку, и со слабой улыбкой жестом пригласила Хенке проходить в открывшуюся дверь. Затем вошли они с Лафолле и дверь за ними захлопнулась. В этот момент Хонор повернулась и сгребла Хенке в тесные объятия.
— Боже, — выдавила она, — как же я рада тебя видеть, Мика!
Хонор Александер-Харрингтон раньше не была замечена в пристрастии к обниманиям, но тут внезапно сдавила Мику Хенке по-медвежьи.
— Легче! Легче! — задохнулась Хенке, отвечая на объятие. — Хватит с меня ноги! Не добавляй к этому сломанные ребра!
— Прости.
На мгновение сопрано Хонор было столь же хриплым, как и контральто Хенке, но затем она отступила на шаг и прочистила горло, а Нимиц приветственно заурчал с её плеча.
— Прости, — повторила она более нормальным голосом. — Просто я думала, что ты погибла. А потом, когда выяснилось что нет, я думала, что не увижу тебя раньше чем через месяцы, а то и годы.
— В таком случае мы в расчете за твою экскурсию на Цербер, — с кривой улыбкой ответила Хенке.