Выбрать главу

Я же говорю: вредная у нас нация. 

Из комментариев к посту:

theonlymonka

По поводу "заставляют фотографировать на мобильник избирательный бюллетень, где напротив сами-знаете-какой партии должна стоять галочка" слышала такое решение: делать галочку из нитки или проволочки, или класть на бюллетень пленку с галочкой в нужном месте, фотографировать и спокойно голосовать за кого хочется. 

Ответы на вопросы. Альтернативная история

25 ноября, 2011

Как обычно, короткие ответы в почтовом ящике. А здесь ответ  на два вопроса, которые оказались тематически связаны.

al_kesta

Очень интересно, что Вы думаете насчёт роли личности и случая в истории? Что Вам ближе, толстовское "царь - раб истории" (то есть всё закономерно и подчиняется определённой логике развития) или, к примеру: "не родился бы Ленин или пусти его вовремя в расход правительство Керенского, не было бы никакой Октябрьской революции, а была бы у нас, скорее всего, либеральная буржуазная республика, как в Европе" (последнее - мысль замечательного исторического романиста Марка Алданова)?

1goldberg

Григорий Шалвович, я примерно подозреваю, как вы относитесь к некрасивому убийству нехорошего человека Каддафи. А вообще на ваш взгляд благородному мужу пристало покушаться на того или иного тирана? Если это может улучшить ситуацию в его стране?

Вообще-то я согласен с Толстым: ни один царь и ни один тиран не может долго удерживаться у власти, если не умеет угадывать чаяния своего народа (в том числе пресловутое «коллективное бессознательное»).

И все же от личности правителя, в особенности самодержавного, зависит очень многое. Он подает благой или скверный пример личного поведения, определяет стиль эпохи, производит отбор эффективной или  недееспособной элиты.

Внезапная смерть диктатора способна что-то изменить (как это случилось в марте 1953 года), но не столь уж многое. Советский Союз и после 1953 года еще долго оставался территорией несвободы и государственной лжи. Тоталитарный зигзаг нашей истории был изжит еще неполностью. Однако атмосфера изменилась, дышать стало легче.

С другой стороны, если бы Сталин не умер своей смертью, а пал от руки какого-нибудь тираноборца, очень вероятно, что для страны вышло бы только хуже. Со стопроцентной вероятностью преемником стал бы не либеральный Хрущев, а выходец из репрессивного аппарата, который установил бы еще более жестокий режим, Сталин же обрел бы ореол мученика.

На жизнь Отца Народов, как известно, никто не покушался. Но два других "мегадиктатора" 20 века чуть было не пали от руки убийцы. В обоих случаях избавить родину от тирана пытались герои, альтруистические личности («благородные мужи»).

Давайте представим, что эти покушения удались, и попробуем просчитать, как сложилась бы история в этом случае.

 Случай первый

Это не «благородный муж», а, извините за неуклюжее словосочетание, «благородная жена» (Конфуций не оставил нам термина, применимого к женскому полу). Вы, конечно, ее узнали: Фанни Каплан. Есть версия, что она, полуслепая и больная, стрелять в вождя никак не могла и это сделал некий не пойманный сообщник, но для нас в данном случае сие не существенно.

Итак, 30 августа 1918 года мировой пролетариат осиротел. В Москве на заводе Михельсона от руки эсэрки пал председатель Совнаркома.

Что произошло бы дальше?

Вот как выглядит моя реконструкция (кто не согласен – спорьте, на то есть комменты):

- Красный террор все равно бы был, только еще более беспощадный.

- Правительство возглавил бы второй вождь, глава Реввоенсовета Троцкий – личность сильная.

- В гражданской войне все равно победили бы красные (вооруженными силами Республики так или иначе руководил не Ленин, а Троцкий).

А вот дальше, в двадцатые годы, ход истории, вероятно, поменялся бы. Троцкий, в отличие от Ленина, был не прагматик, а настоящий революционер «в мировом масштабе». Строительством социализма «в одной отдельно взятой стране» он точно бы не ограничился. На Россию ему было наплевать – он не колеблясь использовал бы страну как бикфордов шнур, чтоб подорвать всю Европу.

Чем эта затея кончилась бы, сказать трудно. Может, коммунистический Бонапарт подорвал бы весь континент. А может быть (и это вероятнее), разнес бы на куски только Россию.