В конце выпуска новостей граждан оптимистично призвали немедленно выяснить, где находится ближайшее бомбоубежище, собрать «тревожные чемоданчики», военнообязанных обратиться в военкоматы за мобилизационными предписаниями. Не обязанным и не занятым на предприятиях оборонного комплекса настоятельно рекомендовали покинуть вероятные районы ракетного поражения, списки которых можно посмотреть там-то и там-то. Граждане вряд ли были в восторге, но об этом в новостях не сообщалось.
Страна немного суетливо, но решительно готовилась к большой войне. Мне все происходящее казалось некоторым абсурдом, потому что, на мой взгляд, весь смысл ядерной войны в неожиданности первого удара. Но, с другой стороны, я никогда не командовал ничем, крупнее взвода, и в глобальной военной доктрине нихрена не понимаю. Может, наоборот, так и надо. В любом случае, ничего полезного для нас по радио не сказали.
— Экая хуерга-то! — прокомментировал услышанное Петр. — А нас как будто и нету…
— Слушай, Македонец, а может где-нибудь угнать бульдозер какой-нибудь… — это уже проявляет криминальные наклонности Сеня.
— Сеня, ты умеешь водить бульдозер?
— Нет, — признался Сеня, — а это разве сложно?
— Ты Ниву водить попробовал, я потом бампер еле выпрямил. Так что молчи лучше, механизатор хулев…
— Я умею водить бульдозер, — сказал Петр. — Но бульдозером здесь только мудя чесать. Тут экскаватор нужен, а еще лучше ИМР24 или УМРЗ25…
— Я видел что-то такое у военных на въезде, — припомнил я. — Хотя, сдается мне, они вряд ли их нам отдадут… Но ведь где-то в городе есть обычные строительные экскаваторы!
— Внимание! — неожиданно сказала Лена.
Я обернулся — из-за домов выходили люди.
Зеленый
Не могу сказать, что я был сильно разочарован. Я с детства не верю ни в «волшебника в голубом вертолете», ни в бесплатное кино. Не те у меня отношения с Мирозданием. Может, у кого и не так, но лично мне оно всегда говорит: «Дружок, халявы не будет, давай как-нибудь сам!» Но попытаться, конечно, надо было — пренебрежения шансами Мироздание не любит еще больше.
Так что коммунарам хрен, а не костюм. Самому пригодится. Пользоваться не умею? Ничего, научусь. Я когда-то и свечи поменять в машине не умел. Практически что угодно оказывается не таким уж сложным, если не бояться попробовать. Они, конечно, будут недовольны, но, как говорится, «пренебречь, вальсируем». Я тоже от них не в восторге, если честно. А если попробуют отнять… Ну что же, пусть пробуют. У меня как раз и мозоли от лопаты зажили, и места на берегу еще много. Но лучше бы нам разойтись краями — Артём, вроде, мужик неплохой, Борух пока никак себя не проявил, но будем считать, что тоже нормальный, а красивых рыжих женщин и так на свете немного. Пусть идут спасать свой мир, только не за мой счет.
— Как нам вернуться обратно? — спросил я Артема.
Тот воткнулся в свой прибор и чего-то там двигал пальцами по экрану — как будто на айпаде в энгрибердс играет.
— Есть два пути… — сказало он как-то неуверенно. — Можно через этот репер пройти. Тогда зеленый-желтый-зеленый, и мы там.
— Или? — поторопил я его.
— Или можно вернуться обратно и пройти назад тем же путем, как пришли сюда. Но тогда придется сначала тащиться по этой жаре, а потом промерзнуть…
Внутри кургана было заметно прохладнее, чем на улице, но знойное дыхание солнца доставало и сюда. Все мрачно переглянулись.
— И троллейбус сдох… — намекнул Борух.
Все закивали — обратно в жару никому не хотелось. Но у меня были свои соображения.