Позднее Вудс и Кери вспоминали, что это замечание не произвело на них впечатления: около скотных дворов всегда ощущается специфический запах. Тем временем Гладстон сообщил, что труп Скотти находится где-то рядом, но, даже если это и было так, полицейские не смогли его обнаружить. Безрезультатно искали чуть ли не до темноты, и, когда им на ферме сказали, что Шумахер еще не вернулся из города, они сели в машину и поехали обратно в город. По дороге они едва не столкнулись с грузовиком, ехавшим навстречу с выключенными фарами. Вудс развернулся и стал его преследовать. Он заставил грузовик остановиться. Водитель, высокий, здоровенный блондин, оказался Шумахером. Они арестовали его и повезли в участок на допрос.
В течение целого часа Шумахер пересказывал то, что уже рассказал прежде. Мак-Лочлин был его напарникам по ферме, и, когда тот захотел распродать все свое добро и принадлежавшую ему часть земли, Шумахер заплатил ему 150 долларов наличными и дал расписку еще на 200. Дальше этого полиция не продвинулась.
Гладстон поднялся на ноги и стал нервно расхаживать по комнате взад и вперед. Остановившись перед Шумахером, он круто повернулся к подозреваемому и щелкнул пальцами у него перед носом.
— Сарай! — хриплым голосом воскликнул Гладстон. — Теперь я знаю, как ты это сделал!.. Скотти пошел в сарай, а ты за ним. Ты спровоцировал драку… Скотти упал вот так… — Гладстон отпрянул назад. — А ты продолжал бить и бить его до тех пор, пока не убедился, что он мертв. Затем ты закопал труп у сарая под каким-то тряпьем!
Красное потное лицо Гладстона являло собой резкий контраст с бескровным лицом Шумахера. Несколько секунд обвиняемый и обвинитель стояли друг против друга. Наконец Шумахер пришел в себя и послал полицейских вместе с Гладстоном ко всем чертям.
На следующее утро Шумахера вывели из камеры и повезли на ферму. Если экстрасенсу удастся найти труп, то Шумахера ждет обвинение в убийстве. Пока полицейские сторожили Шумахера на кухне в его собственном доме, Вудс, Кери и Гладстон направились к сараю. Гладстон прошел весь сарай и вышел через заднюю дверь. Ощупывая ногой землю, он остановился у замерзшей навозной кучи и повернулся к полицейским:
— Скотти Мак-Лочлин зарыт здесь, джентльмены!
С полдюжины фермеров, пришедших ради любопытства, схватились за кирки и лопаты и принялись разбрасывать навозную кучу. Смерзшийся навоз поддавался с трудом. Прошел час каторжной работы, но он не принес никаких результатов. Люди уже собирались сделать передышку, когда Вудс вернулся к Шумахеру и потребовал, чтобы тот показал, где зарыто тело. Шумахер наотрез отказался разговаривать на эту тему.
Вудс пошел назад к сараю, чтобы предложить всем прекратить работу, но его уже встречали криками. Одному фермеру удалось откопать черный шерстяной носок. Через несколько минут вытащили окровавленный шарф, в котором застрял череп человека. Все признали, что именно такой шарф носил Скотти Мак-Лочлин.
Судебная экспертиза установила, что обнаруженное тело действительно принадлежало Скотти. Труп был найден именно так, как предсказал Гладстон. Дальнейшее расследование показало, что Шумахер обманул Скотти в определении арендной платы за ферму, а когда откупил у него собственность, то убил бывшего арендатора, чтобы забрать назад выплаченные деньги. Шумахер забил Мак-Лочлина лопатой до смерти, в чем, в конце концов, он и признался. В полиции и по сей день хранится стенографический отчет признания Шумахера, представляющий собой почти дословное описание убийства, представленное ранее Гладстоном.
Шумахера судили в Киидерслсе и приговорили к длительному сроку, который ему пришлась отбывать в исправительной колонии. Только профессиональная ловкость зашиты спасла его от петли.
Ну а что «профессор» Гладстон? После этого случая слава его возросла. Он успешно продолжал выступать на сцене, но, пожалуй, дело по расследованию убийства Скотти было венцом его карьеры. Ему никогда больше не удалось повторить номер декабрьского вечера 1932 года, который помог канадской королевской конной полиции найти убийцу [6, с. 68–73]!
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Экстрасенсы-целители
Чудеса хирургов без скальпеля
Уже не один десяток лет ученые и врачи многих стран пытаются проникнуть в тайну искусства филиппинских целителей, или хилеров[34]. Однако на сегодняшний день можно лишь констатировать, что выполняют они операции голыми руками, без хирургических инструментов и какой-либо анестезии, к тому же в совершенно антисанитарных условиях. И вместе с тем хилеры вскрывают оперируемому нужные участки тела с идеальной точностью, совершенно не причиняя ему боли, а случаи занесения в организм пациента инфекции или послеоперационного воспаления не известны. Операции проводятся молниеносно, после них не остается шрамов, рубцов или каких-либо иных следов, они дают почти стопроцентный положительный результат.