— Фройляйн Агата, вы позволите вас сопровождать?
Стоящие рядом девицы, а за ними и все окружающие ахнули. Внезапно оказавшись в центре всеобщего внимания, я совсем растерялась. К счастью, Хедвиг додумалась толкнуть меня локтем в бок, так ощутимо, что я чуть не подскочила на месте, зато сразу пришла в себя. Благодарно взглянув на соседку, все же, не зря она была самой старшей в нашей компании, я рассыпалась в благодарностях и вложила свою руку в руку Эрика.
Под изумленными взглядами мы прошли через гостиную почти до самой двери в столовую, и остановились рядом с принцем Генрихом, на чью руку уже опиралась мама. Выражение лиц окружающих говорило само за себя: мама выглядела пораженной, гостья — шокированной, на лице приезжего барона читалось лишь вежливое любопытство, а папа-барон откровенно улыбался. Принц Генрих на меня не смотрел, будучи занят безмолвным диалогом с братом. После обмена взглядами и пары почти незаметных жестов, он повернулся ко мне и, совершенно неожиданно, весело подмигнул. Похоже, он полностью одобрил задумку Эрика, в чем бы она не заключалась. Видимо, решив, что уже достаточно сбили присутствующих с толку, их Высочества, а за ними и все гости, проследовали в столовую. Оглянувшись, я успела еще заметить в толпе лицо Эммы, которая беззвучно, четко артикулируя каждый звук, напомнила мне: «О-с-а-д-а!».
— Эрик, что случилось? — Шепотом спросила я, стараясь сохранять на лице все ту же ничего не значащую улыбку.
— Ничего. — Ответил Эрик. Ему, судя по всему, невозмутимое выражение лица удавалось намного лучше. — Я подумал, зачем притворяться, если через час, самое большее, через два часа все всё будут знать.
— Наверное, ты прав… Эрик подвел меня к столу, но не к тому месту, где я точно видела свою карточку. — Эрик, ты же сказал маме, что ничего менять не надо.
— Конечно сказал. Не хватало еще, чтобы с самого утра о новости знали все слуги. Когда все успокоились, я попросил поменять местами пару гостей. Госпожа баронин была так любезна, что не отказала. — Я еле удержалась, чтобы не фыркнуть неприлично. Еще бы, отказать почетному гостю в такой малости! Когда все гости расселись, прислуга начала подавать на стол.
— Баранина? — Пригляделся Эрик. Мне показалось, что в его голосе мелькнуло легкое разочарование.
— Не любишь? — Участливо спросила я. — Не переживай, сейчас еще кролика подадут и, кажется, должна быть еще птица.
— Да нет, что ты. Ты же знаешь, что меня можно кормить чем угодно.
— Даже пюре из брюквы — Напомнила я.
— Даже пюре. — Согласился Его Высочество. — Не такое уж оно и плохое получилось. Интересно, почему его в столице нигде не подают?
— Подают. — Вступил в разговор кронпринц. — Брюква — овощ недорогой, вот многие аристократы и брезгуют. А кузен фон дер Шпее заманил меня как-то к своему дяде, тому, который Маргитсен, так у них на столе это блюдо регулярно бывает.
Пока длился диалог, я постаралась как можно незаметнее оглядеть гостей. Как и ожидалось, все старательно делали вид, что к негромкому разговору принцев не прислушиваются совсем. Только Хедвиг фон Ласбек сидела с видом победительницы, из чего я сделала вывод, что пересказу нашей с ней беседы поверили не все. Кронпринц Генрих, в отличие от Эрика, к баранине явно относился положительно. Попробовав первый же кусок он восторженно закатил глаза.
— Мм-м-м-м! Шнукенкойле![16] Баронин, дорогая, я почти завидую вашему мужу!
От такого неприкрытого восторга мама вся просто засияла, а гости наперебой стали нахваливать угощение. Обед длился и длился. Я не привыкла к таким долгим трапезам. В обычной жизни папа-барон не любил излишней церемонности так же сильно, как и бездумного расточительства. Поэтому наши обеды подавались в малой столовой и состояли из того, что семья могла съесть. Сегодня же, подозреваю, настоящий пир ждет не только хозяев, но и всю прислугу, когда остатки этого великолепия отправятся обратно на кухню. Гостям, большинство из которых, подозреваю, жили по тем же правилам. Что и мы, сегодняшнее изобилие нисколько не мешало. Кто-то наслаждался едой, кто-то — возможностью обсудить последние новости, кто-то — вниманием к своей персоне. Я обратила внимание, как Эмилия просто сияет, осыпая улыбками своего соседа. И как ее мама изо всех сил пытается подать знак Эмме, чтобы была любезнее с возможным поклонником. Казалось, сегодня на празднике не будет недовольных. Легкое пиво развязало языки, и приезжие рыцари уже вовсю присматривались к молодым соседкам, а строгие фру — соответственно, к гостям.
Прибытие в свите принцев существенно добавляло рыцарям доверия, к огорчению местных кавалеров. Как я поняла из разговоров, впервые за последние несколько лет молодых мужчин собралось в зале больше, чем девиц. Оставалось только надеяться, что никто не обманется в своих ожиданиях. Когда обед, наконец-то, подошел к концу, я почти с облегчением встала из-за стола.
— Не уходи далеко. — Шепнул мне Эрик, отходя к старшему брату.
Мне ничего не оставалось. Как снова примкнуть к стайке девиц, ожидающих начала танцев.
— Ох, Агата! Ну тебе и повезло! — Восторг в словах Эмилии смешивался с легкой завистью. — Интересно, почему Его Высочество выделил именно тебя?
— Эмилия, да ведь они просто давно знакомы. — Пожала плечами Хедвиг с таким выражением лица, словно хотела сказать: «Да это же давно всем известно!»
— А ведь точно! — Восхитилась Эмма. — Я совсем забыла, что он уже гостил у вас. Вот досада! — Она осторожно оглянулась. — Мы все тут выставлялись деревенскими идиотками перед этой столичной фройляйн, стараясь выпытать что-либо о принцах. А надо было всего лишь спросить Агату.
— Но Агата все равно ничего не рассказывает! — Почти обиженно протянула Эмилия. — Кстати, почему?
— Наверное, ей велели молчать? — Предположила Хедвиг. Я в который раз поразилась, как разительно меняется эта девушка, когда рядом нет госпожи фон Ласбек.
— Меня попросили. — Поправила ее, стараясь, чтобы мои уточнения прозвучали как можно мягче. — Вы же не забывайте, девочки, что Его Высочество не просто так отдыхал у нас, ему здорово досталось в том бою. Да, к тому же, он — принц, а не подружка. Так что я вряд и смогу рассказать вам последние сплетни, как баронесса Аврора. Кстати, а где она?
— Не знаю. — Откликнулась Хедвиг. Она сидела там во главе стола, недалеко от вас.
— Я видела, как она беседовала с госпожой баронин. — Вставила слово Эмилия. И тут же уточнила — С приезжей госпожой баронин.
Девочки уже хотели продолжить расспросы, когда со стороны библиотеки раздался шум. Кто-то достаточно громко спорил. Помня, что столичные события последних недель могут еще не раз напомнить о себе, я обеспокоенно поискала глазами принцев. Эрика нигде не было, но не может же он весь вечер быть у меня а виду. А кронпринц Генрих был занят беседой с папой-бароном и несколькими нашими соседями (из тех, кто постарше). Уже было успокоившись, я заметила, как к кронпринцу сзади подошел один из его людей и что-то шепнул. Принц Генрих нахмурил брови и что-то отрывисто сказал, двинувшись в сторону библиотеки.
— Простите меня, девочки! Я сейчас… — Сказала я, тоже двигаясь в сторону библиотеки, куда уже стекались любопытные. — Расскажешь потом, что там? — Донеслось мне вслед.
— Да-да, конечно.
Около библиотеки уже начинал толпиться народ, но мне удалось проскользнуть между гостями, на меня просто никто не обратил внимания, зрелище, которое привлекло столько народу, стоило того, чтобы посмотреть. В библиотеке ярко горел свет, а в центре стоял Эрик и держал за руки баронессу Аврору. Платье на баронессе местами было разорвано, корсаж расстегнут, волосы растрепались, какие-то блестящие мелочи валялись на ковре… Жуткое и жалкое зрелище одновременно. Рядом с этой парой обнаружилась еще одна: один из королевских рыцарей безо всякого почтения выкручивал руки приезжей баронин. Баронин что-то выкрикивала, баронесса, всхлипывая, пыталась что-то тянуть на одной ноте, шепотки гостей сливались в один сплошной гул.