1. Главная
  2. Книги
  3. Мадджхима Никая
  4. Страница 50
Выбрать главу
Наследникам достанется богатство, А он отправится по указанию каммы, И умерев, ничто не сможет взять с собой — Ни жён, и ни детей, ни собственных владений.
Долгую жизнь не оплатить монетой, И процветание старению не указ. Жизнь коротка — так говорят все мудрые, Не знает вечности она, но только перемену.
И нищий и богач почувствуют прикосновение [смерти], И мудрый и дурак почувствуют его, Но если глупого накажет его глупость, То мудрый при смерти не дрогнет.
Мудрость превыше всякого богатства, Ведь именно она ведёт к концу пути. Невежеством они свершают злодеяния, Из жизни в жизнь высшую цель теряя.
Перерождаясь, он идёт в утробу, Возобновляя жизней круговерть, Другой глупец, вверяя жизнь такому, Идёт за ним след в след.
И как грабитель, пойманный на взломе, Будет страдать за тот проступок свой, То также люди в следующей жизни Будут страдать за собственные злодеяния.
Услады чувств различны, восхитительны, И многочисленными способами возбуждают ум. Видя опасность в чувственных привязках, Ведение бездомной жизни выбрал я, о царь.
Как фрукты падают с деревьев, Так стар и млад теряют это тело. И это также осознав, о царь, ушёл из дому я, Ведь жизнь отшельника — надёжней».

МН 86

Ангулимала сутта: Сутта о разбойнике Пальцеломе

Редакция перевода: 04.06.2010

Перевод с пали: А.В.Парибок

источник: 1996 изд. “Алга-Фонд” СПб “Гаруда” № 2

Так я слышал[77]: Однажды Блаженный[78] пребывал в Саваттхи[79], в роще Джеты, в обители, подаренной [общине] Анатхапиндикой. И в то самое время в области, подвластной царю Пассенади Косальскому, жил разбойник по прозванию Ангулимала-кровопроливец[80] лютый, в смертоубийствах закоснелый, душегуб безжалостный. От него и деревни обезлюдели, и торжки обезлюдели, и обжитые области обезлюдели. А сам он носил на шее ожерелье из пальцев убиенных им людей. И вот Блаженный поутру оделся и с миской в руке в верхней одежде вошел в Саваттхи за подаянием. Походив по Саваттхи и собрав подаяние, он поел, вернулся, свернул постель и с миской в руке и в верхней одежде направился в неблизкий путь туда, где находился Ангулимала. Увидели пастухи стад, пастухи отар, хлебопашцы, путники, что Блаженный направляется по дороге в сторону Ангулималы и говорят Блаженному: «Не ходи ты, подвижник, по этой дороге. На этой дороге засел разбойник по имени Ангулимала- кровопроливец лютый, в смертоубийствах закоснелый, душегуб безжалостный. От него и деревни обезлюдели, и торжки обезлюдели, и обжитые местности обезлюдели. А сам он на шее ожерелье из пальцев убиенных им людей носит. Тут не то что в одиночку — по этой дороге и по десять, и по двадцать, и по тридцать, и по сорок человек ватагами хаживали, — и то все в лапах у разбойника Ангулималы оказывались. А Блаженный на это молчал себе и шел.

И опять говорят Блаженному пастухи стад, пастухи отар, хлебопашцы, путники: «Не ходи ты, подвижник, по этой дороге. На этой дороге засел разбойник Ангулимала- кровопроливец лютый, в смертоубийствах закоснелый, душегуб безжалостный. От него и деревни обезлюдели, и торжки обезлюдели, и обжитые местности обезлюдели. А сам он на шее ожерелье из пальцев убиенных им людей носит. Тут не то, что в одиночку — по этой дороге и по десять человек, и по двадцать, и по тридцать, и по сорок человек ватагами хаживали, — и то все в лапах у разбойника Ангулималы оказывались!» А Блаженный на это молчал себе и шел.

И в третий раз говорят Блаженному пастухи стад, пастухи отар, хлебопашцы, путники: «Не ходи ты, подвижник, по этой дороге. На этой дороге засел разбойник Ангулимала — кровопроливец лютый, в смертоубийствах закоснелый, душегуб безжалостный. От него и деревни обезлюдели, и торжки обезлюдели, и обжитые местности обезлюдели. А сам он на шее ожерелье из пальцев убиенных им людей носит. Тут не то что в одиночку — по этой дороге и по десять человек, и по двадцать, и по тридцать, и по сорок человек ватагами хаживали, — и то все в лапах у разбойника Ангулималы оказывались!» А Блаженный на это молчал себе и шел.

Увидал разбойник Ангулимала Блаженного издалека уже, и когда увидел, ему подумалось: «Право, чудесно! Право, необычайно! Ведь по этой дороге не то, что в одиночку — и по десять человек, и по двадцать, и по тридцать, и по сорок человек ватагами хаживали, — и то все в лапах у меня оказывались. А тут, похоже, этот подвижник вообще один отважился, без спутника идет. А ну как я этого подвижника жизни лишу?!»

Препоясался тут разбойник Ангулимала мечом в кожаных ножнах, взял лук со стрелами и пустился по пятам за Блаженным. А Блаженный чудодейственным образом устроил так, что сам он шел не спеша, а разбойник Ангулимала спешил изо всех сил и не мог его нагнать. И тут разбойнику Ангулимале подумалось: «Право, чудесно! Право, необычайно! Я же прежде, бывало, слона на бегу настигал, коня на бегу настигал, колесницу на бегу настигал, а тут этот подвижник идет себе не спеша, я же спешу изо всех сил и не могу его нагнать!» Остановился он и говорит Блаженному: «Стой, подвижник! Стой, подвижник!»

— Я-то стою, Ангулимала, сам стой!

И тут разбойнику Ангулимале подумалось:

— Эти подвижники, сыны Сакьев[81], учат правдивости[82], считают себя правдивыми. Как же этот подвижник сам идет, а говорит: «Я-то стою, Ангулимала, сам стой!» Спрошу-ка я подвижника об этом».

И вот разбойник Ангулимала обратился к Блаженному со стихом:

«Ты сам идешь, подвижник, а говоришь: «Стою», И мне сказал: «Стой сам!», хоть я остановился. Ответь же мне, подвижник, как это понимать, Что ты уже стоишь, а я еще не стал? «Стою, разбойник, я на том, что навсегда Я от насилия над жизнью отказался. А ты в дыханьях жизни необуздан[83]: Вот так-то я стою, ты еще не [в]стал». «Ах, наконец пришел великий, вещий духом Подвижник в [этот] лес и [должный[84]]дал ответ! Теперь я, наконец, отбрасываю зло, Услышавши твой стих, согласный с истой Дхармой». И в тот же час разбойник схватил колчан и меч И их швырнул с откоса в зияющий провал. И поклонился в ноги Блаженному разбойник, Тотчас он попросил постричь себя в монахи. А Просветленный, милосердный, вещий духом, Учитель всего мира и богов, Сказал тому: «Пойдем со мной, монах!»[85] Так тот обрел достоинство монаха.

И вот Блаженный с достопочтенным Ангулималой, как с провожатым [младшим] монахом[86], направился к Саваттхи. В свой черед он очутился в Саваттхи. И там Блаженный пребывал в роще Джеты, в обители, подаренной [общине] Анатхапиндикой. А в ту самую пору у ворот дворца царя Пассенадиа Кошальского собралась большая толпа народа, шумела и галдела: «В подвластной тебе области, о царь, [объявился] разбойник по имени Ангулимала — кровопроливец лютый, в смертоубийствах закоснелый, душегуб безжалостный. От него и деревни обезлюдели, и торжки обезлюдели, и обжитые области обезлюдели. А сам он носит на шее ожерелье из пальцев убиенных им людей. Пусть царь на него управу найдет!»

вернуться

77

Так я слышал — непременное начало буддийских прозаических сутр, указывающее на передачу их в устной традиции, восходящей к личному ученику и двоюродному брату Будды — Ананде.

вернуться

78

Блаженный— самый известный эпитет Будды в Каноне, означающий, что Будда обрел благо сам, достоин величайшего уважения и помогает обрести его другим.

вернуться

79

Саваттхи — столица царства Кошалы.

вернуться

80

Кровопроливец — пали lohitap-an-i, этимологически lohita — красное, кровь + p-a.ni — рука, ладонь, однако долгота конечного i не требуется (ср. подобной этимологии слово vajrap-a.ni — держатель ваджра — с кратким i. Поэтому напрашивается предположение о контаминации с санскритским pr-a.nin — обладатель жизненных дыханий, живое существо.

вернуться

81

Сыны Сакьев (пали sakyaputta) — последователи Будды (самого Будду, в отличие от его последователей, Ангулимала не мог узнать на расстоянии), именуемые так потому, что, приняв монашество под началом Будды, выходца из рода Сакьев, они как бы отказывались от своего мирского происхождения и рождались заново.

вернуться

82

Учат правдивости, считают себя правдивыми (пали saccav-adino, saccapa.ti~n~n-a) — намеренная игра словами: прежде всего, это значит буквально то, что сказано, а кроме того, и намекает на ariyasacca.m, то есть на «отношение буддиста к действительности», переводимое обычно как «благородные истины».

вернуться

83

В дыханьях жизни необуздан — перевод использует прием намеренного буквализма. Слово p-anesu значит (исходно) — в жизненных ветрах, в пранах, а узуально — скорее относительно живых существ.

вернуться

84

Должный дал ответ — должного в подлиннике нет. Дал ответ — paccav-adi — прошедшее время от prati + vad — отвечать, этимологически же — говорить навстречу; говорить против.

вернуться

85

Пойдём со мной, монах! — Обычная процедура принятия в монахи достаточно длительна и требует участия многих. Такой же способ — к нему мог прибегать только сам Будда — использовался в случае явной готовности кандидата и безотлагательности самого действия. [Ср. знаменитый способ, каким Иисус обратил в свои ученики Петра].

вернуться

86

Согласно уставу, старший монах мог выбирать в провожатые себе, идя за подаянием, младшего [на время или постоянно], шедшего за ним следом. Такие отношения, очевидно, предполагали со стороны старшего намерение лично учить младшего, персональное внимание к нему.

~ 50 ~