— Тебе известно, кто имеет право представлять нашу группу?
— Ты, консорт, — сказал Роберт.
Я посмотрела на Теда.
— Эта просьба недействительна. Вы задерживаете нас незаконно. Освободи нас немедленно.
Магия потрескивала по зданию, сопровождаемая отчаянным воплем, от которого волосы встали дыбом. Вендиго Хью только что проверил силу оберегов.
— Она права, — сказал рыцарь со шрамом. — Мы не имеем права удерживать их.
Тед посмотрел на него.
— Сегодня день-Д[7], Тауэрс. Это то, ради чего ты тренировался. — Его голос повысился. — Это то, ради чего мы все тренировались. Это очень важно. Сегодня мы отстаиваем свою позицию. Могу ли я на тебя рассчитывать?
На челюстях Тауэрса заиграли желваки.
— Да.
— Хорошо. Мы продолжим этот разговор после того, как закончим. — Тед подошел к стойке с оружием и взял булаву. Диана начала напевать себе под нос.
— Выпустите нас! — зарычала я.
Тед проигнорировал меня.
— Диана, Тауэрс, Мауро, со мной. — Он указал на медмага. — Стейнлэйн, прикрой нас.
— Тед, послушай меня, ты, тупой сукин сын! Может быть, ты хочешь уйти в сиянии славы, но…
Они вышли. Стейнлэйн, медик с длинной косой, последовал за ними.
— Извини.
Нет, нет, черт возьми.
— Стой! Мальчик умрет!
— Мне жаль, но он все равно будет мертв. — Рыцарь вышел из комнаты. Раздался разъяренный вой вендиго. Здание содрогнулось.
***
Я ДОТРОНУЛАСЬ ДО решетки. Магия пронзила меня вспышкой агонии. Наложена защита. Асканио умирал, ломился Хью, а мы были заперты в клетке. Какая легкая добыча! Что ж, лучше не придумаешь.
У меня на поясе была отмычка, но рыцари забрали мой пояс, куртку и меч.
Над нами что-то содрогалось от ритмичных, громких ударов, будто кто-то бил по зданию огромной кувалдой.
Роберт вскочил на ноги, склонился над замком и попытался просунуть руку между прутьями. Магия впилась в его когти. Он скорчил гримасу, обнажив злобные клыки, и попытался дотронуться до замка. Его предплечье задело прутья решетки. Он отдернул руку. Серый шрам пересекал его кожу в том месте, где серебро убило Lyc-V.
Роберт вцепился когтями в пол клетки, отодвинул доску и опустил ее обратно.
— Серебро и сталь.
То же самое было и с потолком. Сбежать не получится. Если бы я использовала слово силы, оно отскочило бы от защитного заклинания, защищающего решетку, и нанесло бы мне ответный удар. Я пробовала такое в камере под защитой оберегов при других обстоятельствах, и боль оставила меня калекой на час.
Удары становились все громче.
Я повернулась к Роберту.
— Если Хью прорвется, и у тебя появится шанс сбежать, мне нужно, чтобы ты оставил нас и сбежал. Кто-то должен рассказать Стае, что случилось.
Роберт слегка улыбнулся мне.
— Если Хью прорвется, маловероятно, что я выживу.
Магия ударила меня невидимой рукой. Я пошатнулась.
— Что? — спросил Роберт.
— Кто-то только что взломал главную защиту Ордена.
Что-то сорвалось с лестницы, и Хью ворвался в комнату. Кровь пропитала его одежду и плащ, но они были целы. Ничто из этого не было его собственным. Хреново. Никто не откажет женщине в надежде.
Он увидел меня и остановился.
— В клетке. — Точно-точно.
Хью покачал головой.
— Как, черт возьми, ты позволила посадить себя в клетку?
Он казался оскорбленным за меня. Ну, разве это не мило?
— Извини, я тебя не слышу. У меня до сих пор звенит в ушах от того сильного удара, который произвела твоя голова, ударившись о лестницу. С твоей головой все в порядке? Потому что твоя черепушка кажется пустой.
Следом за ним в дверь вошел Ник. Крестоносец холодно посмотрел на каждого из нас по очереди. Может, я ошибалась. Может, Хью обратил его.
Хью прошелся по комнате, остановился у распростертого тела Асканио и поморщился.
— Ненавижу дилетантов.
Я хотела рявкнуть на него, чтобы он оставил ребенка в покое, но вовремя спохватилась. Все, что я ценила, и всех, о ком я заботилась, Хью использовал бы против меня. Он наслаждался моментом.
Хью прошел в дальний конец комнаты, Ник следовал за ним по пятам, повернулся и посмотрел на вход.
— Не вмешивайся.
Ник кивнул и прислонился к дальней стене.
Диана ворвалась в комнату, ее лицо и руки были перепачканы сажей. Тауэрс, тот, что со шрамом, отставал всего на шаг. Рваная рана зияла на его груди слева направо. Кровавая, но неглубокая.
— Это все? — спросил Хью.
Два рыцаря уставились на Хью. Тауэрс вскинул арбалет.
7
«День Д» или D-Day (анг.) — это условное обозначение даты начала военной операции, когда эта самая дата или еще неизвестна или засекречена.