Вывалив кучу новостей, Гарри уснул, а я всё думал. Как ведь получается, что я мелкий винтик в этой истории, а так сильно на неё повлиял. Прошлую жизнь я только и делал, что играл в группе всякую лабуду, жрал пиво с коньяком и играл в фэнтезийных реконструкциях. Ах да, ещё матери и брату нервы мотал. Короче, был среднестатистический гражданином. Но вот ведь ирония судьбы — именно эти знания и умения из прошлой жизни помогли мне подняться в этом мире. Да, нагло плагиатил, пользовался знаниями и менял историю одной конкретно взятой семьи. Как там у Бредбери:
«— …Ну так слушайте, — продолжал Тревис. — Допустим, мы случайно убили здесь мышь. Это значит, что всех будущих потомков этой мыши уже не будет — верно?
— Да.
— Не будет потомков от потомков от всех её потомков! Значит, неосторожно ступив ногой, вы уничтожаете не одну, и не десяток, и не тысячу, а миллион — миллиард мышей!
— Хорошо, они сдохли, — согласился Экельс. — Ну и что?
— Что? — Тревис презрительно фыркнул.
— А как с лисами, для питания которых нужны были именно эти мыши? Не хватит десяти мышей — умрёт одна лиса. Десятью лисами меньше — подохнет от голода лев. Одним львом меньше — погибнут всевозможные насекомые и стервятники, сгинет неисчислимое множество форм жизни. И вот итог: через пятьдесят девять миллионов лет пещерный человек, один из дюжины, населяющей весь мир, гонимый голодом, выходит на охоту за кабаном или саблезубым тигром. Но вы, друг мой, раздавив одну мышь, тем самым раздавили всех тигров в этих местах. И пещерный человек умирает от голода. А этот человек, заметьте себе, не просто один человек, нет! Это целый будущий народ. Из его чресел вышло бы десять сыновей. От них произошло бы сто — и так далее, и возникла бы целая цивилизация. Уничтожьте одного человека — и вы уничтожите целое племя, народ, историческую эпоху. Это всё равно что убить одного из внуков Адама. Раздавите ногой мышь — это будет равносильно землетрясению, которое исказит облик всей земли, в корне изменит наши судьбы. Гибель одного пещерного человека — смерть миллиарда его потомков, задушенных во чреве. Может быть, Рим не появится на своих семи холмах. Европа навсегда останется глухим лесом, только в Азии расцветет пышная жизнь. Наступите на мышь — и вы сокрушите пирамиды. Наступите на мышь — и вы оставите на Вечности вмятину, величиной с Великий Каньон. Не будет королевы Елизаветы, Вашингтон не перейдет Делавер. Соединенные Штаты вообще не появятся. Так что будьте осторожны. Держитесь тропы. Никогда не сходите с нее!»(6).
Персонаж Дадли Дурсля сошёл с тропы и вместо того, чтобы жрать и спать, предпочёл прыгать по сцене, как тушканчик по пустыне. Ещё и героя магического мира в это втянул. А там «понеслась плясать губерния» — сцена, собаки, Мардж, гастроли… А ведь всего-то одну мышку заменили. Наверное, демиург сейчас катается по полу от хохота в своей резиденции.
Я спустил ноги с кровати на холодный пол. Бр-р-р, без ковра в комнате было зябко. Пора идти добывать завтрак. Гарри потянулся под одеялом, повернулся на другой бок и продолжил спать как сурок. Его кот недовольно посмотрел на развалившегося хозяина и, спрыгнув с кровати, отправился в сторону лестницы на первый этаж.
На завтрак, когда мы с Поттером всё же спустились в кухню, был приготовлен омлет, тосты и чай. Негусто, но жить можно. Вчера вечером кузен обрадовал меня, что к полудню у нас появятся гости.
Первые посетители стали прибывать в одиннадцать — это Вернон, Фабстер, Снейп и Ардвидссон. Затем потянулись совсем незнакомые мне личности. Как объяснил опекун — это журналисты.
Рита Скитер принесла шокирующую весть — умер Грозный Глаз Грюм. Старый аврор скончался от хитрого проклятия, которое наложили на него лет десять назад.
Мы расселись на трансфигурированных креслах и стульях. Мне, Гарри, Вернону, Фабстеру и Ардвидссону предстояло интервью, которое опубликуют более десяти магических изданий по всему миру. В большую гостиную на первом этаже сквозь окна ярко светило солнце. Нас окружало около двадцати человек — фотографы, журналисты и операторы волшебного мира.
— Здравствуйте, мистер Поттер, лорд Ардвидссон, мистер Дурсль, мистер Дурсль и мистер Фабстер.
— Здравствуйте, — нестройно поздоровались мы.
Мелькали то тут, то там вспышки колдокамер и колдовидеокамер (у волшебников в Европе и Америке есть свой канал на ТВ. Сам в шоке!).