Через несколько минут они оказались перед неприметной дверью. Парнишка кивнул на неё и вновь протянул руку. Филипп отсчитал несколько дирхамов и отдал ему. Тот, довольно улыбнувшись, скрылся в лабиринте переулков так же внезапно, как и появился.
Писатель постучал. Дверь открыл пожилой марокканец с радушным лицом и густыми седыми усами.
— Добро пожаловать, месье! — сказал он на хорошем английском, приглашая Смирнова войти.
Внутри риада[4] царили прохлада и тишина. Дворик, украшенный фонтаном и цветущими растениями, казался оазисом спокойствия.
После короткой регистрации хозяин проводил Филиппа в комнату на втором этаже. Она была небольшой, но уютной, с видом на внутренний дворик. Писатель оставил чемодан у двери, прошёл в номер, бросил сумку на кровать и подошёл к окну. Звуки Медины доносились сюда приглушённо, словно издалека.
До начала семинара была ещё пара часов, и Смирнов подумал, что хорошо бы выпить крепкий марокканский кофе и понаблюдать за жизнью города.
Захватив сумку, Филипп спустился во дворик, где хозяин риада поливал цветы.
— Вы впервые в Танжере, месье? — спросил он, не отрываясь от своего занятия.
— Да. Приехал на семинар по истории Карфагена.
Лицо хозяина просветлело.
— Карфаген! — воскликнул старик. — Великая империя! Мой дед рассказывал мне легенды о Ганнибале, о его слонах, перешедших Альпы. Здесь, в Танжере, тоже есть следы древних цивилизаций. Вы должны посетить пещеры Геркулеса недалеко от города. Говорят, там он отдыхал перед своими подвигами.
— Спасибо.
— А ещё, — продолжал хозяин, — попробуйте найти старого Абделя. Он живёт в Медине, знает историю Танжера лучше любого учёного. Расскажет вам такие вещи, которые не найдёте ни в одной книге.
— Какие вещи?
Хозяин хитро взглянул на писателя.
— О древних магрибских колдунах!
— Серьёзно? — писатель удивлённо вскинул брови. Он приехал в Танжер, чтобы побольше узнать о взаимосвязи арабской культуры Северной Африки и Востока, а не гоняться за очередными мифами. Но слова пожилого марокканца задели что-то глубоко внутри. В его памяти всплыли обрывки легенд, прочитанные когда-то скорее из любопытства, чем научного интереса. Истории о джиннах, подчиняющихся воле колдунов, о проклятиях, способных иссушить землю, о зельях, дарующих бессмертие. Он помнил упоминания о берберских племенах, чьи мудрецы обладали невероятной силой, о ритуалах, проводимых в глухих пещерах, о таинственных знаках, вырезанных на камнях. Филипп никогда не воспринимал эти истории всерьёз, считая их фольклором, красивой, но не имеющей отношения к реальности выдумкой. Но сейчас, в этом древнем городе, пропитанном духом старины, слова о магрибских колдунах звучали иначе. Они словно приглашали в мир, о существовании которого писатель знал, но никогда не пытался понять.
— Да, да! Наш город когда-то был местом, где они занимались магией! Много веков назад, много! Но, говорят, колдуны ещё есть в Медине. На прошлой неделе даже нашли их секретный алтарь под мечетью, представляете?!
— Да что вы?
— Правда, правда! Весь город обсуждает! В мечети на юге взорвался газ. Разрушились стены и купол, а под полом оказался тайник колдуна.
Писатель хмыкнул. Интересно, конечно, было бы взглянуть, но, похоже, времени на это у него не будет.
Глава 5. Марокко. Танжер. Четверг. 10:15
Смирнов поблагодарил хозяина за беседу, вышел из риада и снова оказался в лабиринте тесных улочек, но теперь чувствовал себя увереннее. Он шёл, вдыхая запахи жареного мяса, слушая шумные разговоры и призывы торговцев.
Вскоре Филипп нашёл небольшое кафе, спрятанное в тени старого дома. За столиками сидели местные жители, неспешно наслаждаясь чаем и играя в нарды. Писатель заказал кофе и устроился на свободное место, наблюдая за происходящим вокруг.
Солнце проникало сквозь сочную листву деревьев, создавая причудливые тени на стенах домов. Мимо проходили женщины в цветных джеллабах[5], дети рядом пинали мяч, старики, поодаль сидящие на скамейках, обсуждали последние новости. Всё это вокруг казалось ожившей страницей из восточной сказки.
Он достал из сумки книгу «История Карфагена», начав неспешно листать. Смирнов уже успел изучить её в самолёте, но некоторые главы заинтересовали, и писатель собирался их перечитать.
4
Риад (в переводе с арабского означает «сад») — традиционный марокканский дом. Обычно имеет внутренний дворик с садом, откуда естественный свет проникает во все комнаты дома.
5
Джеллаба — традиционная берберская одежда, представляющая собой длинный, с остроконечным капюшоном свободный халат с пышными рукавами, распространённая среди мужчин и женщин арабоязычных стран Средиземного моря, в основном североафриканских.