Махабхарата. Рамаяна

Итак, делай то, что ты делать обязан.
Блажен, кто, творя, ни к чему не привязан.

Тем Джа́нака [86]славен и люди другие,
Что мудро дела совершали благие.

И ты, целокупности мира во имя,
Трудись, делай благо трудами своими.

Кто лучше других, — тот учитель по праву,
Он всех своему подчиняет уставу. [87]

Постиг я три мира, свершил все свершенья,
Но действия не прекращаю движенья.

А если б не действовал я, то в безделье
Все люди бы жить, как и я, захотели,

Исчезли б миры, если б дел я не множил,
Все касты смешав, я б людей уничтожил.

Как действуют в путах деяний невежды, —
Пусть так же и мудрый, исполнен надежды,

К делам не привязан, с душой вдохновенной,
Деянья свершает для блага вселенной.

Кто черпает мудрость в познанье высоком,
Незнающих пусть не смутит ненароком:

Они, оставаясь в своем заблужденье,
В деяньях пускай обретут наслажденье.

Природы-Праматери вечная сила, —
Всё делают гуны; кого ж ослепила

Гордыня, — решают: «Мы делаем сами».
Но тот, кто взирает познанья глазами,

Поймет, что единая сущность — основа
И чувств и предметов, что снова и снова

Три гуны вращаются в гунах природы, [88] —
И, к ним не привязан, достигнет свободы.

Но кто совершенным познаньем владеет, —
Познавшего несовершенно не смеет

Смущать, ибо что разумеет незрячий?
А ты, о воюющий, действуй иначе.

От самости, от вожделенья избавлен,
Ты каждым поступком ко мне будь направлен,

Будь Высшему Атману предан глубоко,
Сражайся — и ты не услышишь упрека!

Разумный, ученье мое постигая
И веря, что эта стезя есть благая,

Без ропота действуя долгие годы,
Одним лишь деяньем достигнет свободы.

А тот, кто мое отвергает ученье,
Кто ропщет, к предметам питая влеченье, —

Погибнет, безумный, познанья лишенный!
Ты понял ли, Арджуна, эти законы?

Природе вовек все живое подвластно,
И даже мудрец поступает согласно

Природе своей, — так к чему противленье?
И чувств отвращенье, и чувств вожделенье —

В предметах телесных; и то и другое —
Враги; отврати их владычество злое!

Исполнить, — пусть плохо, — свой долг самолично,
Важней, чем исполнить чужой сверхотлично.

Погибнуть, свой долг исполняя, — прекрасно,
А долгу чужому служенье — опасно! [89]»

Спросил его Арджуна: «Кто же от века,
Скажи, побуждает на грех человека, —

К тому же силком, вопреки его воле?»
И Кришна, причастный божественной доле,

Ответил: «То — страсть, что возникла из скверны,
То — гнев пожирающий, неимоверный.

Как зеркало — мутью, огонь — темным дымом,
Как пленкой — зародыш, так ненасытимым

Желанием все мирозданье одето:
Желание — недруг познанья и света.

Враг мудрости — мудрость ввергает в пыланье
То алчное пламя в обличье желанья!

В рассудке и в чувствах оно пребывает,
Людей, ненасытное, с толку сбивает.

А ты, обуздав свои чувства сначала,
Врага порази, чья утроба взалкала, —

86

Джанака(буквально: «порождающий»). — В данном случае, по-видимому, имеется в виду не праведный царь Митхилы (один из героев «Рамаяны»), но один из божественных мудрецов и подвижников, прародителей мира.

87

Кто лучше других, — тот учитель по праву, // Он всех своему подчиняет уставу. — Божественные установления — в частности, принесение Жертвы — не должны подвергаться обсуждениям или сомнениям: утвержденный миропорядок просто следует поддерживать своей деятельностью, не думая о плодах, как бы «не ведая, что творя». Таким образом, следует поступать, как если бы ничего не было известно о результатах деяний: в этом смысле нужно уподобиться человеку с неразвитым сознанием, по только последний привязан к миру смертей и рождений, а мудрый должен оставаться непривязанным, стремящимся к слиянию с Брахманом. Кришна в этих и последующих строках утверждает столь важный для индуизма непререкаемый авторитет наставника и принцип иерархичности знания.

88

Три гуны вращаются в гунах природы. — Мудрый знает, что основу и чувств, и чувственных объектов составляет единая субстанция: гуны (см. прим. 70), вибрация которых создает все многообразие Материи, или Природы (Пракрити). Чувства, органы чувств, процессы чувственного восприятия, объекты такового и т. д. — лишь «вращение гун (чувств, эмоций, мыслей) в гунах (объектах восприятия)».

89

…долгу чужому служенье — опасно! — Каждому следует делать должное в соответствии с его положением (в частности, принадлежащий к варне кшатриев Арджуна обязан сражаться), не думая о плодах деяний. Следование же не своему, но чужому, пусть даже высшему долгу (например, для Арджуны — долг брахмана, который как раз обязан не сражаться), рождает великий страх (см. прим. 67), то есть опасность все новых и новых рождений в мире явлений.