Не демон ли Раху похитил светило,
И тьма побежденную рать обступила?»
Ободренные гибелью Карны, пандавы ринулись на кауравов и обратили их в бегство; и тщетно пытался Дуръйодхана остановить бегущих. Шалья и Ашваттхаман, собрав уцелевших воинов, повели их на отдых на плоскогорье у подножья Гималаев. К ним присоединился Дуръйодхана. Утром, по совету царя кауравов, воины снова вступили в битву под предводительством Шальи, царя мадров. Шалья в этой битве погиб. Из ста сыновей Дхритараштры в живых осталось одиннадцать, не считая Дуръйодханы, но и они вскоре погибли от руки Бхимасены. Сахадева, младший из пандавов, обезглавил Шакуни, царя Гандхары.
От войска кауравов остался небольшой отряд, возглавляемый царем Дуръйодханой, а пандавы насчитывали две тысячи колесниц, семьсот слонов, пять тысяч всадников и десять тысяч пеших. Дуръйодхана укрылся от врагов в камышах на берегу озера Двайпаяна, к востоку от Курукшетры.
Битва при Курукшетре. Фрагмент барельефа из Ангкор-Вата. Камбоджа, XII в.
[Поединок Бхимасены с Дуръйодханой]
Шалья Парва, главы 29, 57, 61, 64.
Спросил Дхритараштра: «Скажи, о Санджайя, —
Когда, сыновей моих рать поражая,
Пандавы ее разгромили в той схватке, —
Что сделали воинов наших остатки?
Герой Критава́рман и сын Гаутамы
[145],
Сын Дроны
[146], Дуръйодхана, в гневе упрямый, —
Что сделали, бившиеся неустанно?»
Санджайя: «Когда из военного стана
Бежали подруги отважных и жены,
И стан опечалился опустошенный,
И стали слышны победителей крики,
И горсть кауравов была без владыки,
И к озеру вслед за царем неразумным
Те трое помчались по тропам бесшумным, —
Пять братьев-пандавов, кружа по равнине,
Решили: «Покончим с Дуръйодханой ныне!»
Но где же был сын твой, от взоров сокрытый?
На раджу три витязя были сердиты:
Он, с палицей мощной, своим не внимая,
Бежал с поля битвы, и ложная майя
[147]
Ему помогла: прыгнул в озеро с ходу,
Принудив к покорству озерную воду,
А в стан кауравов пандавы вступили, —
Уставших коней удальцы торопили.
Тогда Критаварман, и славный сын Дроны,
И Крипа примчались на берег зеленый,
Сказали царю, что улегся на отдых
В озерных, ему покорившихся водах:
«О раджа, вставай, не роняй своей чести,
Давай на Юдхиштхиру двинемся вместе!
Живой — на земле насладись ты победой,
А мертвый — на небо со славой последуй!
О раджа, противник разгромлен тобою, —
И много ли там приспособленных к бою?
Не выдержит натиска стан поределый,
Вставай же и дело сражения делай!»
А царь: «Эту ночь проведу я в покое,
А завтра на поле вернусь боевое…»
…Охотники, мучимы жаждой, случайно
С добычею к озеру вышли, и тайна
Царя кауравов открылась им сразу.
На витязей глядя, внимавших приказу,
А также услышав неумные речи
Царя, что в воде укрывался от сечи,
Те люди решили: «Пандавам поможем,
К Юдхиштхире мы поспешим и доложим,
Что ныне Дуръйодхана, царь непоборный,
Уснул, окруженный водою озерной,
Расскажем воинственному Бхимасене,
Что в озере прячется царь от сражений, —
И нас наградит он, являя величье…
Что пользы в охотничьей нашей добыче, —
вернуться
Ложная майя. — В данном случае — сила волшебства, чародейство, магия.