Все это объясняет нежелание Ручеллаи оказаться в политической изоляции в городе, который, как он полагал, все дальше и дальше скатывался к деспотизму. В этой связи ополчение под командованием одного из бывших соратников Борджиа представлялось еще одним шагом в этом направлении. Едва ли Содерини хоть раз задумывался над тем, чтобы стать единоличным правителем Флоренции, хотя он и презирал тех, кто противился его политике. Более того, почти наверняка первым кандидатуру Кореллы предложил кардинал Содерини, желавший найти «непреклонного и взыскательного человека, подобного Манлию Торквату». [44]Хотя дона Мигеля едва ли можно было назвать примером римской доблести (virtus), кардинал и его брат видели в нем того, кто способен поддерживать дисциплину среди неопытных ополченцев и не допустить их превращения в неуправляемый сброд.
Франческо Содерини подчеркивал эту мысль в письме Макиавелли от 4 марта 1506 года, обращая его внимание на то, что верность новой армии будет зависеть от дисциплинированности солдат, и соглашался с Никколо в том, что необходимо учредить соответствующий государственный орган, обладавший широкой территориальной юрисдикцией. Вскоре ожидалось, что законодательно будет принят более узкий свод правил, регламентирующих деятельность ополчения и определявший статус дон Мигеля как командующего, обязывавший принятых на службу солдат подчиняться лишь приказам правительства.
Однако ополчение не могло постоянно находиться в неопределенном с юридической точки зрения положении, к тому же приходилось считаться с возможностью запрета ополчения кем-нибудь из флорентийских политиков. Новое войско стало предметом многочисленных споров. Хотя положительные аспекты наличия у Флоренции собственной достойной армии в принципе никто не оспаривал. Но многих заботил вопрос о том, что предложить ополченцам в качестве поощрения за добросовестную службу и насколько строгой должна быть дисциплина, чтобы позволить удержать военных в повиновении. Решить упомянутые вопросы городским властям было не так просто.
Первое «Десятилетие» Макиавелли представляет собой блестящий пример пропагандистского сочинения, цель которого — убедить флорентийцев в том, что в их же интересах поскорее принять соответствующие законы. Поэма оказалась настолько популярной, что ее стали издавать нелегально, и в результате Макиавелли и его друзьям пришлось прибегнуть к мерам юридической защиты авторского права. В письме от 25 февраля 1506 года Эрколе Бентивольо благодарит Никколо за высланный ему экземпляр «Десятилетия» и осыпает автора комплиментами, упрашивая продолжать в том же духе, «ибо мы благодарны, что сии правдивые слова прочтут те, кто придет после нас, дабы они, зная беды, выпавшие нам и нашему времени, не винили одних нас в том, что мы не сберегли честь и достоинство Италии».
Перекладывая вину на бестелесные несчастья, Бентивольо нашел удобное оправдание своим недостаткам. Но как бы Макиавелли ни был польщен этими словами, он обратился к другим задачам: 9 ноября 1505 года Никколо отправил рукопись поэмы, а также изысканное сопроводительное письмо на классической латыни не кому-нибудь, а самому Аламанно Сальвиати, прославляя его за былой вклад в оборону республики. Макиавелли, вероятно, пытался заискивать перед врагами Содерини, так как после недавнего поражения под Пизой позиции гонфалоньера существенно ослабли. Однако благодаря прагматизму в отношении Содерини несколькими месяцами ранее Сальвиати проявил некоторую политическую гибкость, на которую и рассчитывал Макиавелли, чтобы довести до конца свой замысел о создании ополчения. Тем не менее Аламанно Сальвиати уже проникся к секретарю ненавистью, открыто называя его «подлецом» и хвастая тем, что, будучи в составе Десятки, он позаботился о том, чтобы Макиавелли не получил повышения по службе. Учитывая эти обстоятельства, поддержка одного из проектов Содерини, в особенности того, идея которого принадлежала Макиавелли, Сальвиати не пошла бы на пользу.
Даже не располагая законодательной базой, Десятка полным ходом претворяла в жизнь проект новой армии. Людей пытались привлечь к службе в ополчении, обещая им за это снятие всех обвинений в прошлых преступлениях и мелких нарушениях, и в июне около пятисот солдат отправились к Пизе. По-видимому, все шло не так гладко, как хотелось, если учесть, что Макиавелли пришлось отправить дона Мигеля с его ротой для восстановления дисциплины и повышения боевого духа новобранцев. Примерно в это же время Никколо составил доклад — вероятно, по запросу правительства, но явно предназначенный для более широкой аудитории, — в котором перечислялись все условия, необходимые для наведении порядка в ополчении. Макиавелли был склонен говорить без обиняков, и потому с самого начала разом перечислил общеизвестные, хоть и нелицеприятные факты:
44
Аниций Манлий Торкват Северин Боэций (в исторических документах — Аниций Манлий Северин), теоретик музыки, христианский теолог, (ок. 480–524) — римский государственный деятель, философ-неоплатоник. (Примеч. перев.)