Выбрать главу

Максим чувствовал, что порой ведет себя, как отлаженная боевая машина. Эти рефлексы — опередить, сблизиться, уничтожить — были, что называется, прошиты в его матрице, поэтому одиннадцатилетний пионер иногда совершенно автоматически мог совершать действия, которые не имели времени на их обдумывание. Особенно, если времени не было вообще.

В сберкассе все произошло практически мгновенно.

Макс оказался там совершенно случайно. Ведь он знал — несовершеннолетние не могут иметь сберкнижку и делать вклады. Это должны были делать только его родители — скажем, «завести» на него сберкнижку и потихоньку копить там деньги на его совершеннолетие. Банков ведь в СССР не было, точнее, были, но не для всех. Был только Госбанк, и вот в его ведение были переданы государственные трудовые сберегательные кассы. В которых хранили свои сбережения трудящиеся СССР.

И нетрудящиеся, кстати, тоже.

Он в тот день шел в гастроном, который находился на первом этаже двухэтажного комплекса, которые позже почему-то станут называть торговыми. На втором этаже был ресторан «Рубин», а слева от входа в ресторан — сберегательная касса. И дернул же его черт зайти в эту провинциальную районную сберкассу! Просто хотел глянуть, что это за контора, спросить — может ли он распоряжаться своими деньгами, если придет с родителями и так далее. Потому что денежный вопрос уже начинал беспокоить…

Как оказалось, кроме него были еще люди, которых тоже беспокоил денежный вопрос. Причем, настолько серьезно беспокоил, что они стали решать его немедленно. И кардинально.

Зверь стоял прямо у входа, раздумывая, кого бы тут спросить, когда дверь резко распахнулась, и в помещение залетели двое каких-то мятых мужиков. Судя по всему, они были на «взводе» — как пишут в протоколах, «в нетрезвом состоянии».

— Всем оставаться на местах! — картинно проорал первый, одетый во все черное, прямо, как работник похоронного бюро. Во рту у него блеснула золотая фикса[1].

— Кто дернется — пристрелю, — угрожающе каркнул второй, кряжистый мужик в белой летней шляпе, цветастой «шведке»[2] и мятых белых брюках, в руках у которого был пистолет.

«Тэтэха»[3], — отметил про себя Зверь. — «Для 76 года нормальный ствол, хотя может и заедать, уже старенькие, небось, с войны еще».

«Всех», которым оставаться на местах, было всего-то четыре человека — две женщины, по виду домохозяйки, старичок-пенсионер и Максим Зверев, одиннадцатилетний пионер. Грабители — а кому б еще пришла в голову мысль заскакивать в сберкассу с пистолетом — особо не отвлекались ни на деда, ни на пионера, сосредоточив все свое внимание на женщинах, которые могли закричать. Но те, напуганные до смерти, сжались у конторки, а за стеклом точно так же скукожилась от страха молодая девушка-операционистка.

— Так, быстро собрала капусту, все что есть, медяки не надо, крупняк весь давай сюда, — «черный» с фиксой кинул на конторку какой-то мешок.

Девушка закивала мелко-мелко головой и стала дрожащими руками вытаскивать из кассы купюры. Фиксатый нетерпеливо махнул рукой своему напарнику и тот подошел ближе к нему. Макс, видя, что наблюдение за ним не ведется, скользящим шагом переместился ближе к двери.

План у него в голове созрел мгновенно. Понятное дело, что стрелять грабители не будут — девушка-кассир отдаст им деньги, сигнализации нет, милиция не приедет, а дедок-пенсионер и две клуши — не повод для стрельбы. Поэтому минуты через три злодеи будут выходить из помещения сберкассы. Двери непрозрачные, к тому же открывается только одна дверь, вторая закрыта наглухо, то есть, проход узкий. К тому же двери двойные, то есть, между ними — узкий тамбур. Значит, будут проходить по одному и никакого сопротивления оказать не смогут. И вот здесь можно будет их аккуратно вырубить.

Зверь знал, что даже в теле одиннадцатилетнего мальчишки по-прежнему может одним ударом «выключить» практически любого человека. И сила удара — не главное, главное — точность. Потому что даже нокаутирующие удары наносятся не массой тела. Важна точность попадания в нужную зону или точку, а также жесткость и хлесткость удара. Нужен взрыв, энергетический выброс. Боксеры это делают бессознательно, а вот у китайцев, корейцев, японцев это поставлено на поток, там такие удары учат наносить осознанно. Впрочем, даже если не брать в расчет технику бокса, есть на теле человека масса энергетических центров, которые, если нанести в них любой удар, моментально блокируют жизненно важные функции человека, такие, как дыхание, сердечная деятельность и так далее. Пах у мужчин — это всем известная болевая точка. А таких точек еще очень и очень много. Так что пара ударов плюс эффект неожиданности…

вернуться

1

Коронка из металла. Золотые коронки носили очень многие, в воровской среде предпочитали коронки из нержавеющей стали — они были гораздо дешевле.

вернуться

2

Так во времена СССР в 70-80-х называлась рубашка с короткими рукавами.

вернуться

3

ТТ — (сокр. от Тульский, Токарев) первый армейский самозарядный пистолет СССР, разработанный в 1930 году советским конструктором Фёдором Васильевичем Токаревым.