Земляков открыл дверь, уверенно гавкнул и помахал мятым листком. К нему даже не подошли, фриц, слепивший фонариком, глянул в кабину, что-то сказал водителю – наверняка по поводу чудовищного чирья над бровью. Нерода только мученически замычал. Второй фриц на мгновение встал на колесо прицепа, отдернул брезент. Тут же поспешно соскочил. Немцы перегавкнулись с Земляковым, грузовик покатил вперед.
Опергруппа дружно выдохнула, Торчок принялся убирать шнурки запалов гранат.
– Товарищи, а что мы вообще везем? – спохватился Сречко и попытался рассмотреть ящик, на котором сидел. – Бош от нас шарахнулся, как черт от тимиана. Тимотей, дай фонарик.
– Сейчас не нужно светить, – предупредил радист. – После моста разбираться будем.
Мост оказался так себе – простой, но крепкий. Его немцы возвели взамен старому красивому мосту, взорванному югославской королевской армией еще во время боевых действий в 41-м. Да, армия здешнего короля была так себе, без особой сознательности, но как могла сопротивлялась. А ведь тут и король совсем недавно был – смешно сказать, двадцатый век, Советский Союз совсем рядом уже социализм построил, а у них тут короли. Экое мракобесие. Ну ничего, наладится и у югославов.
Старый мост Тимофею разглядеть не удалось, переехали реку Саву, сходу проскочили немецкий пост, обер-штурмфюрер Земляков звучно обложил гадкими немецкими словами наглую легковуху, вознамерившуюся объехать затор по встречной.
Остановились, миновав пока пустующую баррикаду. Впереди – пока еще далеко – громыхало, вспышки разрывов подсвечивали крыши домов. Земляков, стоя на подножке, заглянул в кузов:
– Поздравляю, мы в столице! Только тут нифига не разберешь, да и карта не особо помогает. Товарищ Кандич, давай-ка в кабину пересаживайся, будешь туристические достопримечательности указывать и актуальные объезды.
– Готов! – Сречко спрыгнул за борт.
– Товарищ старший лейтенант! – подскочил радист. – У нас груз-то… Может, хоть прицеп отцепить?
– Груз, это да, – признал Земляков. – Как пропуск срабатывает на раз, но малоприятен груз. Надо бы где-то разгрузиться. Но без свидетелей и ненужных вопросов. А прицеп не принципиален. Что с ним, что без него рванет здорово… Хотя мне говорили, что Sprengkorper-28 вполне безопасная ерунда. Если без детонаторов, разумеется.
– Так вон они, детонаторы! – указал Шелехов. – Давайте хоть их сбросим?
– Сбросим. Все сбросим, все грехи и тяжести, небывало облегчим душу, это уж непременно, – философски заверил Земляков. – Но позже. Тут разгрузка будет смотреться немного подозрительно.
Грузовик двинул по темным улицам, а Торчок подозрительно уточнил у радиста:
– Отож, этот ваш как его… сприн-куплер, вроде тротила или тола будет?
– Вроде как, только немецкой системы, – признал Шелехов.
– Так сказать ранее можно было. Отож он сидит тишком, только бляднеет, – заворчал Павло Захарович.
– Да и правильно молчал. Спокойно ехали, не ерзали, – заметил Тимофей. – А щас нервно стало. Ну и чем лучше?
– А перелечь мне было возможно?! – возмутился Торчок. – Отож лучше детонатор в ногах, а не в головах!
Сержант принялся переворачиваться, ему пришлось помогать. Грузовик остановился у немецкой самоходки, Земляков начальственно уточнил, «как проехать к улице Короля Петра?» Фрицы, чинившие свою броневую гадину, проезда не знали, но тут подскочил какой-то местный добровольный полицай, принялся объяснять на ломаном немецком. Земляков сказал ему «данке», поехали, но вновь свернули не туда, пришлось разворачиваться. Город, перекрытый баррикадами и иными разрушениями, узнать было сложно даже не раз бывавшему здесь Сречко. Наконец, осознали, что уже рядом – вон она улица Короля Петра – по ней повозки прутся. Собственно, этот очередной король опергруппе был ни к чему, просто служил подходящим ориентиром. Улочка нужна была потише, но тоже с ненормальным названием – Чубрин-Венац[38].
Мигом свернули, остановились.
– К машине! – шепотом скомандовал Земляков. – Только потише, а то перебудим раньше времени, – он глянул на часы. – Точно, даже раньше приехали. Но клиент должен быть на месте. Товарищ старший лейтенант, принимай командование.
Нерода кивнул, раздраженно потрогал фальшивый чирей и скомандовал:
– Минуту на осмотр позиции и обмен мнениями.
Бойцы из-за прикрытия машины смотрели на дом. Ничего особенного: светло-сероватый, двухэтажный, высокий-старинный, с характерной башенкой над углом – она немножко похожа на обсерваторию, но тут таких архитектурных украшений хватает. Подъезд один, второй этаж на виду, все очевидно.
38
До наших дней улица таинственным образом не сохранилась, но район действий опергруппы понятен каждому читателю, бывавшему в славном городе Белграде.