– Про городской бой я понимаю, – сказал Тимофей. – Просто не было возможности опыт получить. В Белграде почти в первый день я и поломался.
– Тоже повод для грусти. Много еще городов. Буда, Вена, Берлин и Прага… далее везде. Ставим мишени, – призвал Иванов.
Бутылки уже почти все побили. Тимофей расставил крупные шпульки с нитками. Бесхозяйственно, конечно, но чего поделать.
– А что вот, допустим, Прага. Там ведь легче должно пойти? – предположил Тимофей, возвращаясь к стрелковому рубежу.
– Определенно. Не Ржев, и не Сталинград, – согласился Иванов.
– Товарищ старший лейтенант, а если не секрет, вы сами-то откуда родом?
– Не секрет. Из Сталино[52].
Прозвучало лаконично и вполне понятно, что Иванов эту тему не особо хочет обсуждать.
Выпустили по магазину, поочередно вбивая пули в шпульку, не давая коварно затаиться в потемках под стеной. Мишень разлохматилась, и Тимофею опять стало жалко хорошую вещь. На рынке в Чемручи за такую большую катушку много бы чего отдали. Нет, нужно для стрельб что-то подходящее подобрать.
Иванов извлек пустой магазин и неожиданно вернулся к разговору:
– Почти земляки мы, Тима, а вот не совсем. В том-то и дело.
– Плохо там, значит, – пробормотал Тимофей.
– Не то слово, – однозначно подтвердил старший лейтенант.
Иванов был Оттуда, и теперь не особо свое происхождение скрывал. Понятно, в детали не вдавались: секретность есть секретность, в неудобное положение сослуживцев ставить незачем. Но подтверждалось то, что Тимофей и так уже знал со слов Торчка, пересказа писем угодившей в иной мир Марины Шведовой, да и разговоры с Земляковым то нехорошее косвенно подтверждали. Непросто там – в соседнем будущем. И большой войны нет, а все равно нехорошо.
Да, не очень-то прямые дороги у будущего. Собственно, а могло ли быть иначе – вот вопрос.
– Эй, пистолетная батарея, чего примолкли? – в подвал спускался Земляков. – Дайте писарчуку утомленную руку размять.
– Сейчас бутылок принесу, по ним нагляднее, – двинул к двери Тимофей.
– Вот еще. Меня учили без денщиков обходиться, – заворчал штабной переводчик и вынул из кармана полдюжины гильз от ракетницы.
Без очков зоркость старшего лейтенанта окончательно возродилась – высадил магазин – только гильзы-мишени со звяканьем разлетались. Понятно, похуже чем у Иванова получилось, но наравне с сержантами.
– Помнят-то еще руки, – с законной гордостью отметил Земляков. – А что, товарищи, вы тут часом заговор не устраиваете? Колитесь. Если без протокола и с уходом в десятиминутный отдых без чинов и званий? Полагаю, ты, Тима, товарища старшего лейтенанта уже просчитал и раскрыл?
– Чего меня раскрывать, я не шпион, от своих не скрываюсь, – хмуро сказал Иванов.
– Мы больше о тактическом говорим. Вот стрельба опять же, – дипломатично пояснил Тимофей.
– Это понятно, первым делом бомбы-пистолеты, ну а лирика, лирика – потом, – кивнул Земляков. – Но какие-то вопросы должны возникнуть. Безотложные. Так что давайте сообща обсудим, пока чего срочного не приключилось. Сегодня-завтра начнем в город перебазироваться, поближе к объектам. Там уже некогда философствовать будет. Что наболело, Тима? Есть такое?
– Да, в общем, нет. Если про происхождение, то если вдуматься – какая разница? – Тимофей неспешно снаряжал магазин и старался подбирать слова. – Сначала, конечно, непривычно. Умом трудно охватить, фантазия нервничать заставляет. А если по сути – разве место происхождения что-то меняет? У нас вот родственники в Якутске, мама с ними два раза в год переписывалась, да открытки к праздникам отправляла. Я их вообще ни разу не видел. Но все равно же родственники. Встретимся, быстро привыкнем.
– Да, так оно и есть, – согласился Земляков. – Сначала думается – вопиющий парадокс и несопоставимая разница взглядов. А как до дела доходит, так уже и не до отвлеченных парадоксов. Но непонимание по отдельным вопросам все равно может возникать.
– Наверное. Но у меня непонимание не по отдельным вопросам, а стратегическое, – Тимофей неопределенно указал магазином в сторону подвального окна. – Но это, наверное, секретный вопрос.
– Нас учили, что секретных вопросов не бывает. Бывают глупые, – пробурчал Земляков. – Но ты-то вряд ли глупость будешь спрашивать. А вот секретные ответы вполне бывают, тут отрицать не будем. Чего гнетет-то?
– Если вы знаете, что будет в будущем, значит, можно и масштабную операцию провести? К примеру, ударить в слабое место фрицев и город в два дня взять. Или вообще Гитлера подстеречь и разбомбить. Или взорвать. Ведь известно, где и когда он бывает?