С Прудковым вообще все неясно. Вечером его довели до квартиры и на ночь наблюдение сняли.
— Так подмены не было, — объяснил Скворцов, еще больше потея.
Некоторое время стены кабинета сотрясали выражения, запрещенные в печатных изданиях. Досталось всем: сотрудникам наружки заочно, присутствующим капитану Скворцову, непосредственно отвечающему за наблюдение, и непричастному майору Шастину для профилактики и даже подполковнику Знамину за компанию.
— Объяснительную мне на стол, капитан, — закончил Мурашов разнос. — Какие будут предложения, товарищи офицеры?
— Задержать Сергеева и Прудкова! — подал голос капитан.
— У нас нет никаких данных, подтверждающих связь Сергеева с Гавриловой, товарищ полковник, — возразил Шастин. — И на Прудкова у нас пока ничего нет.
— И что ты предлагаешь?
— Продолжить наблюдение.
— А ты что скажешь? — Мурашов посмотрел на подполковника Знамина.
Тот поднялся, некоторое время помолчал, подбирая слова.
— Чтобы понять логику действий маньяка и предугадать его дальнейшие шаги, нужно на основании имеющихся у нас фактов воссоздать его образ…
— Ты нам здесь лекцию не читай, — прервал москвича полковник, — давай ближе к делу.
— Если ближе к делу, то воссоздаваемый образ нашего серийника совершенно не совпадает с личностями Сергеева и Прудкова.
— Ты это можешь обосновать?
— Могу, но вы просили ближе к делу, поэтому я сразу озвучил вывод. Последние действия маньяка: убийства Галкина, Гавриловой, ее тетки — показывают, что он нервничает. То, что мы отпустили Сергеева, — нарушило его планы. Маньяк сейчас в растерянности и сделает следующий непродуманный шаг, на котором мы его возьмем.
— Тебе хорошо рассуждать, — насупился Мурашов. — А я за его следующий шаг могу погон лишиться! От меня, между прочим, там, — полковник показал на потолок, где этажом выше размещался кабинет начальника управления, — конкретных подозреваемых требуют.
— Есть у меня, товарищ полковник, по поводу конкретных подозреваемых одна перспективная версия.
— Ну, излагай.
— Версия еще сырая, требует проверки.
— Так проверяй, а пока у нас, кроме доктора и бывшего милиционера из банды цеховиков, никого нет.
Он посмотрел на Скворцова:
— Глаз с них не спускать! В сортир за ними ходить!
Глава 45
Уже сейчас электронно-вычислительные машины решают задачи, кажущиеся непосильными для человеческого мозга: прокладывают траекторию полета искусственного спутника Земли, обеспечивают безопасность работы атомных электростанций, рассчитывают график движения московского метро. В недалеком будущем наши электронные помощники возьмут на себя еще большее число функций, освобождая людей для творчества и созидания.
Знамин был уверен, что маньяка надо искать в прошлом Сергеева. Повторно просмотрев материалы дела «цеховиков», он послал несколько дополнительных запросов и позвонил по межгороду в Караганду начальнику районного отдела внутренних дел полковнику Богенбаеву, с которым в свое время учился в академии.
— Что, московские сыскари вышли на след оборотня? — обрадовался коллега. — Наши ребята ему убийство лейтенанта Акаева не простили[69]. Мальчишка, только школу милиции закончил. Единственный сын, мать через неделю после гибели от инфаркта умерла. А тоже не старая была.
— Есть вероятность, что оборотень в С. безобразничает.
— И чем я тебе помочь могу?
— Он у вас много лет проработал. Мне бы побольше про него узнать, понять, чем он дышит, с его психологической мотивацией разобраться. Из служебной характеристики много не вытащишь.
— То есть психологический портрет составить хочешь? — пророкотал в трубку Богенбаев. — Помню, как твоя дипломная по психотипам преступников фурор на курсе произвела. Но тебе не со мной надо разговаривать. Я лично гада этого не знал. Ты с бывшим начальником розыска в Абайске поговори. Записывай телефон.
До подполковника на пенсии Абдрахманова, проживающего в Абайске, Знамину удалось дозвониться только на следующий день.