Крушение традиционной социальной стратификации и появление маргинальных и люмпенизированных масс после первой мировой войны в Германии и России заложило фундамент для возникновения тоталитарных режимов Гитлера и Сталина. Но если немецкий тоталитаризм стал реакцией на неспособность социал-демократических правительств организовать социальный порядок на основе буржуазной конкуренции и тяжелых последствий послевоенной эпохи, то сталинский тоталитарный режим, паразитируя на усталости масс от революции и гражданской войны, прибегал к сознательному уничтожению любых проявлений социально-политической оппозиции существующей власти.
Ханна Арендт считает, что Сталин «искусственно» создавал атомизированное общество, которое для Гитлера приготовили исторические события. В отличие от Ленина, который публично анализировал свои ошибки и всегда исходил в политике из учета различных общественных интересов, Сталин, на мой взгляд, нивелировал социальные интересы и почти всегда списывал свои ошибки на других. Так было при коллективизации, когда под видом борьбы с кулачеством экспроприировались середняки, так было во время индустриализации, когда стахановские методы организации труда волевым способом переносились на весь рабочий класс, так было в предвоенный период и во время Отечественной войны, когда ошибочные решения вождя переносились на отсутствие квалификации и исполнительности подчиненных.
Тоталитаризм предполагает характерное разделение общества на всевластного вождя и послушную некритическую массу. Интересно замечание Ханны Арендт о том, что высококультурные люди вовсе не противостоят массовым тоталитарным движениям. Даже, напротив, «развитой индивидуализм и утонченность не предотвращают, а в действительности иногда поощряют саморастворение в массе»149.
Таково, в общем, основное понимание тоталитаризма как некой политической формы управления обществом. Не будем углубляться в другие трактовки его понимания, которых много в литературе. Отметим лишь, что разница между Арендт и Муссолини в интерпретации тоталитаризма состоит в том, что Муссолини отводил бюрократии определенное место в обществе и государстве, Арендт же считала, что бюрократия при тоталитаризме не имеет никакого самостоятельного значения.
До сих пор говорилось о понимании тоталитаризма, как оно представлено в литературе. Наше видение тоталитаризма следующее. «Тоталитаризм» - это понятие, которое характеризует сугубо политический режим государства. И хотя этот политический режим может охватывать своим влиянием все стороны общества, от семьи, экономики до социальной и духовной сфер, он, тем не менее, выступает сугубо надстроечным явлением, которое не следует отождествлять с социально-экономическим строем общества. Надстроечный характер тоталитаризма позволяет нам лучше понять нашу советскую историю, которую нельзя сводить к существованию одного политического режима: их, конечно, было несколько.
Из сказанного становится понятным, что режим тоталитарного типа в Советском Союзе мог возникнуть только с приходом к власти диктатора, ибо коллективное руководство партией и государством при Ленине подобное не допускало. Окончательно он формируется в первой половине 30-х годов, когда были ликвидированы элементы социалистической демократии, существовавшие после Октября 1917 года.
С укреплением власти Сталина сворачивается революционная демократия, уничтожаются полностью все виды и формы политической оппозиции режиму, намечается определенный спад в литературе и искусстве. Первым шагом на пути становления такой диктатуры была ликвидация «левой оппозиции» во главе с Л. Троцким. Вторым шагом - фактическое возвращение к политике «военного коммунизма» и ликвидация «правой оппозиции» во главе с Бухариным. Провокация с убийством Кирова дала ему возможность расправиться практически со всеми его политическими оппонентами, стать бесконтрольным диктатором в стране, совершившей победоносную пролетарскую революцию.
В итоге, его правление стало настоящей трагедией для миллионов советских людей. ГУЛАГ и незаконные массовые репрессии, направленные против собственного народа - закономерное следствие сталинского режима. Только начавшаяся война с фашизмом временно приостановила его тотальные разрушительные действия.
Следует отметить, что первое критическое осмысление режима Сталина было начато не Хрущевым на XX съезде КПСС и не А. Солженицыным с его «Архипелагом ГУЛАГом», как считают многие, а «левой оппозицией» сразу после смерти Ленина. Тогда сталинский режим называли разными словами: «диктаторским», «бонапартистским», «термидорианским» и т. д. Лишь позднее главный оппонент Сталина Лев Троцкий назовет сталинский режим «тоталитаризмом», и этот термин войдет в политический и научный обиход. Следует также отметить, что задолго до Солженицына сталинский тоталитаризм нашел свое художественное отражение в малоизвестных у нас романах Виктора Сержа - талантливого русско-французского писателя, публициста и революционера. Уже переведены на русский язык и изданы такие его основные произведения, как «Полночь века. Дело Тулаева», «От революции к тоталитаризму. Воспоминания революционера», «Завоеванный город» и др.