Дело в том, что ростки коммунизма всегда существовали в истории в форме различных единичных или особенных явлений. Прежде всего, это происходило там, где отношения людей носили не вещный, а человеческий характер, где люди не противостояли друг другу как классовые индивиды, или агенты рыночных отношений, а дополняли друг друга, создавая, например, соответствующие общины, союзы и организации. Своеобразные зародыши будущего коммунистического общества можно увидеть сегодня в самоуправляющихся предприятиях с собственностью работников, в различных объединениях людей по научным и культурным интересам и т. д. Что касается коммунистической личности, то ее прообраз можно наблюдать в каждом поистине свободном и всесторонне развитом человеке, примеры которого можно встретить не только в времена Возрождения и Просвещения, но и в наш сугубо коммерческий, специализированный и компьютерный век. Именно подобные люди могут составить ту будущую свободную ассоциацию, о которой мечтали и говорили авторы Коммунистического манифеста.
Однако проблема здесь состоит в том, что эти реальные, но единичные факты общественного развития противоречили и противоречат до сих пор тем историческим формам общества, которые основаны на эксплуатации и отчуждении миллионов людей от труда, средств производства, власти и культуры. Разрешить это противоречие, т. е. создать общество, где «свобода каждого была бы условием свободного развития всех» и есть задача истории, впервые понятая именно марксизмом. В этой связи, не случайно историческую миссию рабочего класса Маркс выводил из его протеста против античеловеческих и чуждых ему условий существования в буржуазном обществе. Он считал этот протест закономерным следствием «возмущения, которое в этом классе необходимо вызывается противоречием между его человеческой природой и его жизненным положением, являющимся откровенным, решительным и всеобъемлющим отрицанием этой самой природы»168. Отсюда и его отождествление коммунизма с «реальным гуманизмом», чего никак не могут понять некоторые не в меру «ортодоксальные» марксисты и коммунисты.
Надо признать, что первые попытки решения этой исторической задачи оказались несовершенными, но от этого сама задача не перестала быть актуальной. Более того, в современных условиях достаточно высокого уровня образования и активности трудящихся она прямо стучится в двери истории. Очевидно, что наличие сословий, классов, рыночных отношений, как правило, уродуют общественную природу людей, делает их враждебными друг другу, превращает их в частичных, а иногда и просто глупых индивидов, видящих смысл жизни в таких суррогатах общественности, как деньги, вещное богатство, алкоголь, наркотики и т. п. В тоже время нельзя забывать, что настоящая эмансипация человека связана с «возвращением» ему его общественной или «человеческой природы».
Сегодня от человека требуется постоянное развитие и духовное обогащение своей личности. Таковы объективные требования современной технологической революции и социального прогресса, которым нужны не столько слепые исполнители команд властвующей бюрократической машины, сколько подлинно свободные, смелые и творческие люди.
Как показывают современные факты социальной борьбы в мире и России, люди не хотят быть вещью, не хотят быть рабами господствующих античеловеческих порядков. Они хотят не словесного, а «реального гуманизма», составляющего суть приближающегося посткапиталистического общества. Этого же требуют как неизмеримо выросшие производительные силы человечества, так и индивидуальные творческие способности, таланты, умения и знания людей. Все дело за тем, пока неизвестным, политическим авангардом, который сумеет возглавить и осуществить переход к такому обществу.
Итак, сегодня опять возникает стратегическая задача соединения социалистического идеала с массовым движением трудящихся. От того, сумеют ли ее решить современные левые силы, будет зависеть их политическое будущее и будущее современной России.
5. Об исторических судьбах советского и китайского социализма
Уход с исторической сцены советского социализма и успехи реформ «социализма с китайской спецификой» заставляют вновь и вновь обращаться к осмыслению позитивного и негативного опыта реального социализма в этих странах. В свою очередь, такое осмысление невозможно без исследования и понимания наиболее острых методологических и теоретических вопросов современной науки о социализме.