Понятно, что современное российское общество, испытывая на себе второе пришествие капитала, весьма далеко отстоит от реализации этой ценности. Главным его противоречием сегодня является противоречие между узким слоем богатой и сверхбогатой части общества, с одной стороны, и остальным, в основном, бедным населением, с другой. По накалу интенсивности это противоречие «превосходит все остальные межгрупповые взаимодействия в 1,5-2 раза»20.
Исследователи социальной структуры российского общества обоснованно говорят о его «глубоком социальном разломе», породившем две противоположные России: Россию абсолютного меньшинства богатых и сверхбогатых граждан, для которых жизнь - это «поле чудес» и Россию большинства бедных и нищих граждан, для которых жизнь - это «море слез». Этот вывод полностью подтверждается статистикой, которая говорит о том, что в настоящее время около половины россиян - это малообеспеченные или бедные люди. Из них более 20% находится на грани бедности и нищеты, а 7% пребывает в состоянии глубокой нищеты. Различие в заработной плате верхних и нижних десяти процентов достигает 30 и более раз, различие в номинальных доходах 14 раз, а в фактических доходах - 17-18 раз, что в пять с лишним раз выше, чем в советские времена и в три раза выше, чем в современных развитых странах21. Прошедший глобальный финансово-экономический кризис, несмотря на оптимистические заявления российских властей, еще больше увеличил эту социальную пропасть.
Социальное равенство и справедливость невозможны без освобождения трудящихся от всякой экономической зависимости, будь то зависимость от частного собственника или бюрократического государства. На социалистической стадии общественного развития это возможно только в одном случае, если власть и государство находится под их непосредственным контролем. Здесь экономика переходит в политику, превращаясь в проблему демократии. Непосредственное участие трудящихся в государственном управлении составляет суть социалистической демократии, Ленин рассматривал ее как необходимый элемент социализма, на деле реализующий идею свободы. Власть трудящихся, свобода, справедливость и реальная демократия лишь разные выражения, ипостаси, грани социализма.
Итак, глубинным смыслом идеи социализма является освобождение трудящихся от эксплуатации и отчуждения путем полного овладения ими экономической и политической властью. Там, где этот процесс происходит, возникает подлинный эффект социалистичности. Там, где он прерывается, налицо деформация социалистической идеи, или отход от нее.
Формула социалистической демократии: «власть трудящихся, для трудящихся и посредством трудящихся» является, на мой взгляд, определяющей для специфики социализма. В этом смысле демократия и социализм - понятия тождественные. При имевшихся в советской истории деформациях государства это коренное свойство социализма смазывается. Когда власть трудящихся узурпируется и от их имени начинает править один человек (вождь, генсек, президент) или узкая группа лиц (бюрократия), свобода масс исчезает, и нарастают многообразные процессы социального и политического отчуждения. Бюрократизм и формализм власти порождает отчуждение человека от человека, от результатов труда и самой власти. Раскрестьянивание, чрезмерная работа на фабрике или заводе, антигуманизм в социальной сфере - примеры обратного движения от свободы к рабству, это прямое извращение социалистического идеала и социалистического бытия. Именно это извращение и берется за основу при критике теории научного социализма.
Обычно, когда говорят о социалистической демократии, имеют ввиду, прежде всего, ее политический характер. При этом совершенно упускается из виду экономическая демократия, которая дает возможность преодолеть на практике наемный характер труда, что только и делает трудящегося человека полноценным хозяином общественного производства. Нельзя забывать, что конечной целью аутентичного социализма всегда было освобождение людей от наемного рабства, составляющего основу капиталистического производства и всего буржуазного общества.
Как показывает практика «государственно-бюрократический социализм» эту проблему полностью не решает: в нем сохраняется отчуждение человека от средств производства и результатов его труда. Вместе с тем, решение этого вопроса вполне реально. Еще Маркс наметил пути его решения, исследуя явления акционирования капитала, возникшее во второй половине XIX века в практике кооперативных фабрик рабочих. Вопреки догматическим взглядам некоторых левых теоретиков22, Маркс считал, что уже на этих фабриках «уничтожается противоположность между трудом и капиталом»23, возникает «непосредственная общественная собственность» и «новый способ производства»24. Маркс увидел в этих самоуправляющихся фабриках рабочих ростки будущего, которые он выразил в следующей о многом говорящей фразе: «Упразднение капиталистического способа производства в пределах самого капиталистического способа производства»25.
20
См.: Петухов В., Федоров В. Трансформация идеологических ценностей и политических предпочтений россиян. Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. №2. 2005. С. 5.