История общества разделяется на периоды, или стадии. Поскольку эта история не является независимой конструкцией, а состоит из взаимоотношений индивидов, реализующихся во времени, сами стадии не есть исторические реалии, доступные чувствам, как могло бы показаться. Деятельность индивидов при их взаимосочетаемости и в связи с естественным миром образует определенную стадию достигнутого ими прогресса. Реальность общества отличается от реальности нашего физического тела или же от реальности планет и звезд. Отсюда и реальность социального факта отличается от реальности фактов, изучаемых физиологами и физиками[133]. Вопросы социальной онтологии затрагивают как сущность человеческого индивида, так и идеологию господствующего класса, причем как в эпоху античную, так и в современную буржуазную эпоху истории цивилизованного общества. Избранный царем на один год, жрец храма Дианы Неморенсис ходил по лужайке с обнаженным мечом; «война всех против всех» началась еще в Древнем Риме. Во время кампаний, организованных против Франклина Делано Рузвельта с 1932 по 1944 год, республиканская партия превозносила образ сурового индивидуалиста. По Гоббсу, общество – это не что иное, как масса индивидов. Альтернатива этой концепции была выдвинута еще Аристотелем, для которого индивид вне общества есть либо животное, либо божество, во всяком случае, бесчеловечное существо[134]. Культ отдельной личности, учение об общественном договоре, согласно которому каждый человек входит в общество на основе свободного выбора, и именно таков способ образования общества, представляют собой сведение социальной онтологии к онтологии индивидуальной, а социальных проблем – к проблемам индивида и индивидуального сознания. И напротив, свобода личности – это свобода личности господствующего класса, но такой свободе не хватает как раз сущности свободы. Чтобы предохранить себя от всеобщей забастовки и акций со стороны резервной промышленной армии, государственный аппарат должен взять под контроль не только рабочий класс: он должен также остерегаться уклонений отдельных капиталистов, преследующих цель умножить доходы в ущерб общему интересу своего социального класса, а также деклассированного терроризма отчужденной молодежи, продукта ответственного за ее отчуждение господствующего класса.
Вопрос о личности не был поставлен непосредственно в теории социализма, он был поставлен врагами социализма. Положение отдельной личности не является центральной проблемой социализма, наоборот, основной проблемой социализма остается образование общества как единого целого путем общественного труда. Индивидуальность утрачивает при этом классовый характер. Ложная индивидуальность идеологов современного буржуазного способа производства базируется в течение XIX и XX веков не на философских учениях классической античности Аристотеля и Эпиктета, а на атомистическом индивидуализме XVII века Декарта, Гоббса и Лейбница. Их общепринятая идеология не более чем уловка, благодаря которой государственный аппарат, господствующий класс и частная сфера, примыкающая к одному или другому, снимают с себя всякую ответственность за заботу о больных, голодных, старых людях, освобождают богачей от налогового бремени – вот что стоит за философией индивида[135].
Историческую категорию марксистской теории составляет отношение человека и природы, опосредованное трудом, а также общественные отношения человеческого рода в целом, поскольку общество в свою очередь есть выражение человеческих отношений во всей их сложности в определенный период времени. Период – это форма комбинации отношений, зависящая от самих этих отношений между людьми. Индивид как носитель и узловая точка общественных отношений детерминирован настоящими и прошлыми отношениями в ходе исторического процесса: сознание этих отношений заключено в индивиде, ибо не может не затрагивать всю его умственную и психическую систему. Тем не менее обладающий сознанием человек является не основным двигателем, а результатом отношений настоящего и прошлого в их переплетении с другими людьми и окружающей средой; эти отношения находят свое различное социальное выражение в зависимости от производственных отношений, которые в свою очередь есть фактор, определяющий становление и противостояние классов в современном буржуазном обществе. Меркой истории является не индивид, а общество как единое целое, а также отношения между теми классами, на которые оно разделено. Поэтому следует иначе понимать социалистический лозунг «Каждый по способностям, каждому по потребностям!» [МЭ: 19, 20][136]: мы имеем здесь дело не со способностями и потребностями отдельного индивида, а с суммой способностей общественного труда и с суммой потребностей всего общества.
133
Эта концепция изложена Дюркгеймом в работе «Правила социологического метода», 1895. Для него не существует никакой разницы между фактами социальными и фактами физики и физиологии. Данная концепция представляет собой значительное упрощение проблемы социальной реальности. Дюркгейму приходилось, конечно, остерегаться предвзятой абсурдности учения церкви своего времени и индивидуалистической социологии и психологии Гюстава Тарда. Следует, однако, заметить, что программные заявления Дюркгейма повторялись, причем с той же целью, против опасности сведения социальных наук к одной индивидуализирующей социальной науке Рэдклифом-Брауном, отцом английского структурализма (
134
«Жрец леса» – так называется рассказ, с которого начинается работа Джеймса Джорджа Фрейзера «Золотая ветвь». Аристотель может считаться критиком индивидуализма благодаря его учению о том, что человек по своей природе – политическое животное. По Арриану, Эпиктет начинает свой спор с Эпикуром словами: «Эпикур, так же как и мы, знает, что мы по природе общественные существа». Античные авторы отличали вопрос об общественной и индивидуальной сущности от вопроса об идеологии господствующего класса.
135
Защита индивидуальности проводится идеологами господствующего класса в современном буржуазном обществе под тем предлогом, что без индивидуальной свободы мы рисковали бы остаться в будущем без новых Леонардо да Винчи и Шекспиров. Подобная предвзятая концепция не годится для того, чтобы обеспечить появление в будущем художественных шедевров, потому что в ней дается лишь отрицание: условия, в которых творили Гомер, Монтеверди и Бах, не будут такими же в будущем. О непригодности канонов прошлого для настоящего и будущего см. МЭ: 46-I, 47.
136
Работа Г. Плеханова «О роли личности в истории», опубликованная впервые в 1898 году, затрагивает эту тему и, как показывает само заглавие, дает ей известную трактовку в духе марксистской традиции.