В связи с этими особенностями боевых действий на заключительном этапе в Курляндии характерен размах политической пропаганды среди вражеских войск, как одного из важных факторов, ускоряющих процесс разложения противника.
На одном из заседаний Военного совета фронта начальник Политуправления генерал-майор А. П. Пигурнов приводил ряд фактов и цифр, свидетельствовавших об этом. Некоторые из них сохранились в записях автора, присутствовавшего на совещании.
В течение апреля 1945 года среди солдат и офицеров прижатой к морю курляндской группы было распространено 9 849 тысяч листовок, изданных Главным политическим управлением РККА, Политуправлением фронта и политотделами армий. Среди них были листовки о результатах зимнего наступления Красной Армии и гигантских потерях немцев, приказ командующего фронтом маршала Говорова № 24 «Об отношении к капитулирующим немецким частям и к немецким военнопленным». В марте и апреле в Курляндии через звуковещательные станции и по радио было проведено около 13 тысяч передач для немецко-фашистских войск с предложениями о сдаче в плен. В таких передачах участвовали около 300 перебежчиков и пленных, обращавшихся непосредственно к солдатам своих полков и дивизий. В апреле немецкие солдаты из 12 различных дивизий с листовками-пропусками группами сдавались в плен.
Успешные действия в этот период нашей бомбардировочной авиации, кораблей Краснознаменного Балтийского флота, а также постепенное раздробление группировки на сухопутных участках «котла», достаточно наглядно убеждало противника в его обреченности.
То, что бывший 2-й Прибалтийский фронт именуется Ленинградским, Гильперт и его штаб узнали лишь 8 мая 1945 года. Судя по воспоминаниям свидетелей первых встреч немецких генералов с представителями маршала Говорова, это явилось для них неприятнейшим сюрпризом. Конечно, преступления против Ленинграда и его населения нельзя было скрыть ни перед кем, но Гильперт, Фёрч и другие фашистские генералы считали для себя худшим вариантом предстать перед непосредственными представителями города Ленина. Несколько генералов и старших офицеров, особенно из числа эсэсовцев, не явились на сборный пункт пленных, решив, по-видимому, спасаться бегством, а командир 50-го армейского корпуса генерал Боденхаузен предпочел пустить пулю в лоб.
Сдаваясь в плен, генералы и офицеры штабов 16-й и 18-й армий не упускали случая обмануть представителей советского командования. Вспоминая впоследствии те дни, генерал П. П. Евстигнеев и один из его помощников полковник Л. Г. Винницкий[60] рассказывали о том, как работники штаба курляндской группировки утаивали истинную численность своих войск. Отдельные группы гитлеровцев скрывались в окрестных лесах.
Маршал Говоров разрешил Гильперту пользоваться радиостанцией для более организованного управления войсками при капитуляции. По в первую же ночь Гильперт нарушил данное советскому маршалу слово и предпринял попытку вести переговоры с преемником Гитлера Деницем. Леонид Александрович приказал немедленно изъять у Гильперта радиостанцию. Выяснилось также, что в штабах армий, корпусов, дивизий продолжается уничтожение документов о их численности, вооружении, имуществе и дислокации. Тогда Говоров дал указание перевести весь немецкий генеральский и офицерский состав на положение изолированных военнопленных.
Как вспоминает полковник Винницкий, «маршал Говоров принял решение «прочесать» весь Курляндский полуостров... Кое-где наши части наталкивались на мелкие группы немецкой армии, которые пытались оказывать сопротивление. Такие группы сравнительно легко вылавливались. Не сдававшиеся уничтожались. К исходу 16 мая весь Курляндский полуостров был очищен от противника.
17 мая Военный совет доложил Ставке Верховного Главнокомандующего, что в результате капитуляции немецких войск и последующего прочесывания Курляндского полуострова войска Ленинградского фронта взяли в плен: штабы курляндской группы армий, 16-й и 18-й армий, семи армейских корпусов, 22 дивизии, две боевые группы, мотобригаду, 50 отдельных батальонов, 28 артиллерийских соединений и частей, части инженерные, связи и прочие... Фронт захватил также до 2 тысяч орудий, свыше 400 танков и самоходных орудий, более 11 200 автомашин, 153 самолета и много другой техники и вооружения»[61]. Всего на Курляндском полуострове сдалось в плен более 189 тысяч солдат и офицеров и 42 генерала[62].
62
См. История Великой Отечественной войпы Советского Союза 1941—1945. Т. 5. М., Воениздат, 1963, стр. 353.