Она взяла чистую льняную повязку и перевязала ранку на руке Венделя, а потом брызнула водой ему в лицо. Вздрогнув, парень что-то пробормотал и удивленно оглянулся. Увидев палача, он застонал.
— Они ушли?
Мелисанда кивнула.
— Ты продолжишь допрос?
Она покачала головой.
— Это не я! — В его голосе слышалось отчаяние. И страх смерти.
Мелисанда кивнула.
— Ты мне веришь? Тогда почему я здесь? Выпусти меня! Прошу тебя!
Она печально посмотрела на него. Конечно, этот купец связан с де Брюсом, но он слеплен из другого теста. Кажется, он приличный человек. И еще молодой — едва ли намного старше ее самой. Возможно, у него есть семья, жена, дети. Его ждут в Ройтлингене. И не дождутся.
— Довольно!
Оттмар де Брюс оттолкнул пажа, помогавшего ему одеваться и неумело одергивавшего подол. Похоже, мальчишка не знал, как обращаться с плащом. Это был роскошный голубой плащ-сюрко с серебряной вышивкой, простого кроя, без кисточек[27] и прочей новомодной чепухи, которую граф презирал.
Зато плащ был сшит из тончайшего шелка, самого дорогого, какой нашелся у портного в Эсслингене. Настоящее произведение искусства, достойное короля.
— Хватит, парень, убери от меня свои ручищи!
Паж поспешно забился в угол комнаты. Де Брюс взглянул на мальчишку с презрением. Этот Матис был слабаком, неженкой, но Оттмар научит его быть мужчиной. Во всяком случае он обещал это его отцу. Ведь у него, в конце концов, с Адамом все получилось, хотя по приказу герцога Ульриха Оттмар обращался с оруженосцем очень осторожно.
— Ну же, вперед! — прикрикнул он на Матиса. — Приведи фон Закингена! Я хочу поговорить с ним. Немедленно.
Мальчишка шмыгнул за дверь.
Де Брюс подошел к окну и засмотрелся на долину. К замку приближалась процессия. Хотя большинство гостей остались в замке после праздника на прошлой неделе, сегодня должны были приехать и другие участники церемонии. Да и его невеста Отилия — до свадьбы она вернулась домой, поскольку не пристало невесте проживать под одной крышей с женихом, — вот-вот появится.
Сегодня был день его свадьбы. Эта мысль не вызывала в де Брюсе приятную дрожь, как при первом венчании. Впрочем, неудивительно. По сравнению с его первой женой Хильдегардой Отилия фон Хоэнфельс была серой мышкой. Может, ее и считали красивой, но де Брюсу она казалась худосочной и угрюмой. Однако ее семья была очень влиятельна. И Отилия приходилась дальней родственницей Мелисанде Вильгельмис. Да, Эмелина все поняла правильно. Почти правильно. Оттмар не видел в своей невесте дочь Вильгельмиса, он лишь считал ее удобным способом подобраться к Мелисанде. После резни он внимательно следил за семьей Беаты Вильгельмис, проверял, не появится ли у них новая кузина или хотя бы новая служанка, которая подходила бы под описание Мелисанды Вильгельмис. Ничего. Может быть, Оттмар искал недостаточно тщательно. Но теперь, когда все пути были открыты, де Брюс найдет эту чертовку.
Граф сжал кулаки. Неприязнь к своей невесте была не единственной причиной, по которой он не жаждал вступать в брак. Сегодня он плохо спал, ему снились кошмары об этой мелкой рыжей дряни Мелисанде Вильгельмис. После резни в ущелье рыжая ведьма приходила к нему в сны каждую ночь. И кошмар всегда был один и тот же: Мелисанда стоит на поляне, босая, в белой тонкой рубашке. Она держит в руках огромный сияющий меч. Девушка не двигается, но в ее глазах горит всепожирающая ненависть. Ненависть, которую де Брюс уже видел. Граф пытается обнажить свой меч, убить девчонку — как он должен был сделать в день резни, — но не может пошевелить руками. Они связаны у него за спиной! Он в панике оглядывается, пытается отступить, однако ноги не слушаются его. Мелисанда подходит ближе, медленно заносит меч, а потом резким движением обрушивает на него смертоносный клинок.
Де Брюс проснулся от собственного крика, в холодном поту, обезумевший от ярости. При мысли об испытанной им беспомощности в тот момент, когда Мелисанда замахнулась мечом, а он не мог пошевельнуться, Оттмара опять бросило в холодный пот. Граф в бешенстве ударил кулаком по стене.
Стук в дверь отвлек его от невеселых мыслей.
— Кто там? — раздраженно осведомился де Брюс.
— Эберхард фон Закинген, господин. Могу я войти?
27
Кисточки — небольшие металлические пластины с бахромой из ткани, использовавшиеся для украшения одежды, в первую очередь на пряжках.