А из гущи беспокойной толпы наблюдали за девушкой чьи-то недобрые, жадные глаза. Это была Феллина – известная в городе торговка предметами искусства и старины. Маски были её страстью. По всей Италии собирала она эти восхитительные украшения и торговала ими с успехом. У неё были богатые клиенты, не только любители маскарадов, но и другие коллекционеры. Феллина не гнушалась ворованным товаром, и её дом в Санта Кроче1 был хорошо известен не только знатным горожанам, но и ворам и прочим проходимцам. Феллина не пропускала ни одного карнавала, ведь на них ей удавалось увидеть новинки и выбрать драгоценные пополнения для своей коллекции. Она давно приметила маску Сони и не сводила с неё глаз. Феллина поняла, что маска девушки восхитительна, и она обязана завладеть ей. Как – неважно, для Феллины не существовало запретов. По крайней мере, так казалось самой торговке. Она ждала, когда наконец девушка окажется одна и они смогут поговорить. Но танцы следовали один за другим, и молчаливая пара Сони и незнакомца оставалась неразлучна. Дело близилось к полуночи, Феллина начинала злиться, и вдруг….
Сонин партнёр по танцу отпрянул от Сони так же неожиданно, как и появился. Он поклонился девушке и, не сказав ни слова, исчез в толпе. Соня почувствовала обиду, но любопытство было сильнее. Застучав каблучками, девушка поспешила за своим негаданным героем. Как ни сложно было пробираться сквозь подвижную вязкую круговерть спин, локтей и подолов плащей, девушке удавалось не упускать из вида силуэт своего незнакомца. И всё же на несколько мгновений она потеряла его за углом высокого особняка. Когда с тревожно бьющимся сердцем Соня повернула за угол, знакомая фигура в плаще садилась в стоявшую на противоположном конце булыжной площади богатую карету. Соня рванулась за ним, но – увы! – карета тронулась и быстро исчезла из виду. Соня замерла на середине пустой площади, опустив голову в разочаровании.
Вдруг, женский голос произнёс вкрадчиво за её спиной: «Что, дорогуша, упустила своего кавалера?» Девушка обернулась. Уже немолодая женщина в красивом костюме стояла, уперев руки в бока, и насмешливо глядела на Соню. «В следующий раз беги быстрее. Страдаешь? Не страдай, всё ещё впереди! Принц не из тех, кто танцует с первой встречной. Тебе повезло! А впрочем, что я с тобой болтаю? Продай мне маску, она слишком хороша для тебя».
Соня оскорбилась: «О чём вы говорите? Я не продам вам ничего и тем более мою чудесную маску! Кто вы?» Лицо женщины исказилось: «Кто я? Ты не знаешь меня? Я – Феллина, покровительница искусств в этом городе! Меня знают все художники и мастера масочной росписи! А кто ты такая?» «Меня зовут Соня», – скромно ответила девушка. – «Подскажите, пожалуйста, как мне пройти к моему дому. Наверняка мои родственники заждались меня». – «Отчего же, я даже провожу тебя. А где ты живёшь?» – «В Каннареджо2», – ответила Соня. – «Ууфф! Далековато, но доберёмся».
Соня благодарно кивнула и устало зашагала рядом с Феллиной. Краски ночи становились всё темнее, и звуки музыки с центральных площадей всё ускорялись. Карнавал набирал обороты. «Он будет гудеть всю ночь, – думала Соня, – а для меня праздник уже закончился». Принц исчез, но ей казалось, что его руки всё ещё кружат её в танце. Почему он убежал от неё так неожиданно? Почему не сказал ни слова? Все эти вопросы гулко бились в её юное уставшее сердечко. Спустя несколько минут они увидели перед собой готические ворота церкви Мадонна делл’Орто, которая находилась неподалёку от Сониного дома.
Феллина поёжилась. «Ну что, милая, – спросила она, – где же ты взяла эту маску?» Соня ответила устало: «Я сделала её сама». «Оно и видно, – тут же смекнула лукавая женщина, – такие маски настоящие мастера не делают! Ведь величие маски и её ценность скрыты в нюансах, известных немногим. И всё же я готова купить эту маску! Ведь тебе нужны деньги? Я щедро заплачу за твою работу. Скажем, тысячу лир?»
Соня вздрогнула, ведь для неё это были большие деньги. Она не знала, что хитрая Феллина задумала перепродать маску в Риме с большой прибылью. И всё же, по многим причинам, в том числе потому, что именно по этой маске сможет узнать её Принц, Соня не хотела расставаться с маской. «Нет, маска не продаётся», – твёрдо ответила девушка. «Ну, хорошо, хорошо, маленькая упрямица», – проворчала Феллина.
Они свернули на канал, где жила Соня. Вскоре девушка остановилась и повернулась к Феллине. «Вот здесь я живу», – сказала она, указывая рукой на подвальные окна, сквозь которые вырывался огонёк масляной лампы. Над водой повисла тишина. Карнавал догорал где-то вдали, отгородившись паутиной каналов. Феллина внимательно всмотрелась в соседние дома, будто запоминая окрестности. «Ну что ж, прощай!» – бросила она, и, развернувшись, заспешила прочь. «Какая странная женщина», – подумала девушка.
Дверь подвала распахнулась. На пороге стояла Регина: «Скорее, девочка, твоя мать вот-вот вернётся!» За руку Регина почти втянула девушку в домик: «Ну, что, рассказывай! Ты повеселилась?» Соня присела на скамейку: «Да, тётя, там было так красиво и празднично! Трудно поверить, что можно веселиться так беспечно…» Регина не отставала: «Ты танцевала?»
Соня кивнула: «Да, я танцевала… с Принцем». Глаза Сони приняли мечтательное выражение. Регина присела, и нежно приподняла её подбородок, чтобы взглянуть девушке в глаза: «С Принцем? С немым воспитанником князя? О, боже! Но говорят, что он не выходит из дворца. Откуда знаешь ты, что это был он?» Соня ответила: «Мне сказала эта странная женщина, Феллина». Регина всплеснула руками: «Феллина, торговка масками? Ты встретила и её? Хорошо же ты погуляла, девочка! Как всё это произошло?» Соня забормотала: «Тётя, я очень устала. Мне нужно переодеться до прихода мамы». Регина побежала к плите: «Я сварю тебе кофе. Раздевайся пока». Она заметалась над плитой, разжигая огонь.
Соня устало переодевалась. Закончив, она присела у стола. Кофе вернул ей силы, и она принялась рассказывать. Тётя прерывала её, задавая вопросы, стараясь узнать подробности, всплескивая руками и качая головой в изумлении. Когда рассказ был закончен, ненадолго в комнате повисло молчание, прерываемое лишь сопением Паоло из-за занавески, где он спал.