Они сразу взяли на себя все контакты с теми, кто желал пообщаться с Кириллом, в результате чего их общее количество резко уменьшилось, но и те, кто удостаивался аудиенции, не поражали красноречием в присутствии пяти юристов, смотревших на посетителя словно тигры на кусок мяса.
На третий день, Косарев зашёл к Кириллу, занявшему одну из гостевых кают, и присел в кресло.
— Не понимаю. — Юрист пристально посмотрел на Кирилла. — Такие скачки вокруг, словно не пиратская яхта а коллекция никому неизвестных изделий Фаберже. И ведь мы всё здесь обыскали. Спецы из таможенной службы, контрразведчики и даже нюхачи из Круга. Ну вытащили ещё пару матросских тайников… Но ведь бьются за Жемчужину Леванта, буквально до крови! Вчера прибыл министр флота Северной Африки и Леванта, и потребовал возврата их судна! Угрожал ещё всячески… попугай крашеный. Сегодня делегация из Турции, собираются обжаловать наше решение, а всю мою бригаду подать в международный розыск как пособников мошенничества в особо крупных размерах. Ну и местные, тоже накал не сбавляют, хотя уже и люди из МГБ понаехали, и флотская разведка оживилась…
В общем, ищи. Сто процентов в этой яхте что-то ну очень ценное если вокруг неё такие пляски.
— Легко сказать «ищи» — Кирилл вывел на виртуальный экран схему яхты. Собственно у него имелось три варианта. Первый — тайник сделан предыдущим владельцем и к Масуду не имеет отношения. Второй — ему доверили перевозку чего-то, а он решил подзаработать по пути и напасть на беззащитную яхту, в результате чего и сам попался, и перевозка сорвалась. Ну и третье — тайник принадлежал самому бандиту и возил он нечто настолько ценное, что боялся отпустить от себя.
Практически это приводило к тому, что в первом варианте тайник мог находится где угодно, во втором — уже совсем не везде, а в третьем в пределах хозяйских комнат.
Кроме него, на яхте никого не было. Адвокат вместе со своими людьми жил в гостинице на портовой территории МГБ, да и остальные люди тоже предпочитали апартаменты на берегу.
Стены и вообще всю яхту неоднократно просвечивали, простукивали и даже обнюхивали, но всё что нашли — несколько матросских тайников.
Но у Кирилла имелся пусть и затратный, но более действенный способ — «эхо воды». Вода есть везде, и даже на металле в тонком молекулярном слое. А значит она сможет рассказать о том, что вокруг неё.
Он касался панелей руками, растягивая зону чувствительности как можно шире, «слушая» внутренние полости и всю толщину межкаютных переборок.
И находки были. Удивительно искусно скрытый бар, а точнее винохранилище, с почерневшими бутылками, в деревянных коробках. Затем нашёлся совсем маленький сейф заполненный золотыми и родиевыми[20] монетами и собственно всё.
Затем также обошёл все три гостевых каюты, обнаружив лишь три пустых тайника, и приступил к осмотру общих помещений.
К утру следующего дня, он чувствовал себя словно его выжали, затем засунули в блендер, после намазали на хлеб, скормили крокодилам а они сходи по — большому.
Перед глазами плавали чёрные точки, тело словно набито ватой, а в голове постоянный шум. И ничего странного, что он, выдав очередной поисковый импульс двинулся дальше, но остановился и присел.
Самая дальняя каюта на палубе где жили матросы, по виду ничем не отличалась от остальных. Пара коек, стол, на потолке экран, в стене крошечный гальюн, с душевой. И именно стенка гальюна дала такой странный отклик. В смысле ничего не дала так, словно за ней находилось пустое пространство.
Поскольку Кирилла уже шатало от усталости, он просто поставил перед трапом на пирсе «щит льда» и рухнул спать.
Выспался хорошо, в основном потому, что поставил запрет на все входящие, и только проснувшись, выпив чаю, и приняв душ стал разбирать всё что навалилось за день.
Письма с требованием хоть чего-то удалял, не читая через ассистент, вызовы отправлял туда-же, длинные портянки текста ему автоматически сводили до одного абзаца, что позволяло сразу фильтровать письма, ну а звонки… кому надо — свяжется ещё раз.
Выйдя на борт перед трапом, развеял «щит» и только после увидел, что за туманной дымкой, оказывается скопилась толпа людей.
Несколько военных с крупными звёздами на погонах, явно толпа журналистов, какие-то чиновники в официальных кителях и ещё малоопознаваемые граждане, общим числом около двух десятков.
Правда из них всех, по трапу стал подниматься только его адвокат, в компании парочки фантастически красивых дам — секретарей.