Ha тридцать четвёртой неделe малышка по собственной воле прорвала брюшную стенку. Эбби Петтигрю, женщина, весом 14.4 фунта[15], родилась в 3:06 утра, 14 мая 1987 года. При отсутствии нижних конечностей у пациентки был хвост. Внешний вид напоминал личинку мухи. Продвинутое развитие зубов эквивалентно двухлетнему ребенку. Объект сохранен в лабораториях "Баксо" для дальнейшего тестирования. Мать, Шарлотта Петтигрю, скончалась, причина смерти - инфаркт миокарда. Малышку Эбби приложили к соску умершей, чтобы покормить грудью, но та заодно употребила и саму грудь.
Женский гибрид личинки и человека. Эдди был влюблен. Он продолжал читать. Но Чэд выбрал это время, чтобы ворваться в кабинет Эдди для очередной булимической шутки.
- Какой любимый десерт у тёлки с булимией? - Эдди встал и, не говоря ни слова, поспешно вывел Чэда из комнаты и закрыл дверь.
Эбби Петтигрю все еще содержалась в лаборатории "Баксо" и стала жертвой повторных тестов. Похоже, в последнее время тоже было несколько кровавых инцидентов, и Эбби совсем не была хорошей девочкой. Эдди подумал, что ей просто нужен рыцарь в сверкающих доспехах. Его член стукнулся о край стола.
РУКОБЛУДЫ В КЛЕТКАХ
В темноте был только кокон мягкой, теплой плоти и глухое биение, которое пульсировало в ее маленьком мире. Мясистая нить, питавшая ее, больше не утоляла ноющего, ужасного голода. Личинка впилась в мясо крошечными, острыми как бритва зубами. Мясо дрожало, стук в ушах становился все быстрее и неистовее. Мясо было восхитительным, и грызущий голод начал уменьшаться. Она продолжала наедаться, чтобы утолить голод, но всё ещё оставалoсь много плоти впереди.
В одно мгновение ее мир исчез, сменившись шумом, ярким светом и непостижимым пространством. Ее подняли, ткнули и укололи. Личинка жалобно мяукнула, но не потому, что боялась своего нового мира, а потому, что боялась голода. Ее положили на холмик плоти, что-то мягкое и розовое засунули ей в рот. Что-то внутри нее говорило ей, что она должна сосать из этого, но что-то более сильное говорило ей жрать.
- Это комната 47, - Лиза Карри остановилась перед двойными белыми дверями.
Желудок Эндрю взволнованно затрепетал. Вот она, печально известная комната 47.
Тридцатидвухлетний Эндрю Мерсер был уволен с работы в ИТ-отделе семь лет назад, после того, как его поймали за игрой в "счастливое погружение" с мусорным ведром для женской гигиены в женских туалетах. С тех пор он разумно использовал свое время, зависая в даркнете и посещая секс-сайты и форумы-чаты, которые специализировались на уродах и фетишах. Нет ничего более странного, чем женщина-личинка. Он слышал шепотки о ней в течение многих лет. Она стала его навязчивой идеей. В марте этого года он завязал дружбу на форуме уродов с недовольным сотрудником "Баксо Кемикэлз". Он подтвердил, что женщина-личинка была настоящей и содержалась в их исследовательском центре в сельской местности, недалеко от Горбани. "Баксо" не нанимал ИТ-работников с сомнительным прошлым, но они нанимали ночных уборщиков в своем, печально известном, исследовательском центре.
- Мы начнем с экскурсии по территории, которую ты будешь убирать, и ты сможешь познакомиться с нашими жильцами. Ты подписал все документы о неразглашении, но это для твоей же безопасности. Некоторые из наших гостей обманчиво доступны. Как ты увидишь, все внутри подверглись необратимым побочным эффектам от испытаний разных лекарств. Побочные эффекты настолько ужасны, что мы не можем позволить широкой публике услышать о них - никогда. Именно поэтому, все они будут содержаться под стражей до конца своей естественной жизни, - Лиза распахнула двойные белые двери.
Эндрю прищурился от яркого света и оглядел комнату. Вдоль стен стояли большие клетки, наполненные человеческими странностями. Казалось, все слухи, которые Эндрю когда-либо слышал, были правдой, даже самые абсурдные. Условия были ужасающими. В каждой клетке был только пластиковый матрас. Здесь не было ни ванной комнаты, ни развлечений, ни уединения вообще. Почему бы просто не убить их? - подумал Эндрю. - Никто же всё равно не узнает.
- Я знаю, о чем ты думаешь, и ответ - нет. У нас есть мораль и человечность... И неважно, насколько они сомнительны.