Августу очень нравились сочинения Горация. Несколько лет спустя он потребовал от поэта од в честь военных побед своих пасынков Друза и Тиберия над винделиками и ретами, а потом и посланий самому себе. У Светония сохранился следующий отрывок письма Августа Горацию: «Знай, что я на тебя сердит за то, что в стольких произведениях такого рода ты не беседуешь прежде всего со мной. Или ты боишься, что потомки, увидев твою к нам близость, сочтут ее позором для тебя?»[568] Тем самым Август допускал поэта в круг своих клиентов, что было очень почетно. Гораций, безусловно, не мог отказаться.
Итак, поэт был вынужден вновь обратиться к творчеству. Поздние его произведения — вторая книга посланий и четвертая книга од — посвящены Августу. Нельзя сказать, что они являются вершиной его поэзии, поскольку чересчур помпезны. Кроме того, по приказу Августа Гораций написал столетний гимн богам для так называемых «Юбилейных игр» — пышного празднества, справлявшегося раз в 100 лет и намеченного на 17 год[569]. Этот праздник был посвящен главным римским богам и был призван обеспечить процветание Римского государства. Вергилий, считавшийся уже при жизни величайшим римским поэтом, в 19 году умер, и Гораций, по мнению принцепса, был единственным человеком, который мог бы справиться со столь сложным и ответственным делом. И действительно, Гораций с блеском выполнил данное ему поручение.
Август желал, чтобы этот праздник запомнился римлянам надолго, поэтому приказал глашатаям призывать народ на игры, «каких никто не видал и никогда больше не увидит»[570]. Были проведены специальные приготовления, и, наконец, в ночь с 31 мая на 1 июня 17 года Юбилейные игры были открыты и продолжались затем три ночи и три дня. По ночам приносились пышные публичные жертвы мойрам, подземным божествам и Матери-земле, причем в жертвоприношениях участвовали сам Август и члены его семьи. Каждый из трех дней был посвящен одному из главных божеств — Юпитеру, Юноне и Аполлону, которым также приносились пышные жертвы и возносились проникновенные молитвы. Кроме того, для народа на Марсовом поле устраивались разнообразные театральные представления — мимы, комедии, трагедии, которые следовали одно за другим без перерыва на протяжении двух дней. На третий день 27 девушек и 27 юношей из самых знатных римских семей, чьи родители были живы, исполнили торжественный гимн, сочиненный Горацием. После окончания официальных церемоний и перерыва на один день последовали различные игры, театральные представления, травли зверей и бега колесниц, длившиеся семь дней[571].
Между 19 и 14 годами появляется вторая книга «Посланий» Горация. Она состоит всего из трех стихотворений, адресованных, соответственно, Августу, поэту Юлию Флору и Пизонам (отцу и двум его сыновьям). Достаточно большое послание «К Августу» (14 год) написано в ответ на претензии принцепса, что в первой книге посланий Гораций ни разу не обратился к нему[572]. Начинается оно так:
Получив, наконец, стихотворное послание, удовлетворенный Август ответил поэту шутливым письмом: «Принес мне Онисий твою книжечку, которая словно сама извиняется, что так мала; но я ее принимаю с удовольствием. Кажется мне, что ты боишься, как бы твои книжки не оказались больше тебя самого. Но если рост у тебя и малый, то полнота немалая. Так что ты бы мог писать и по целому секстарию, чтобы книжечка твоя была кругленькая, как и твое брюшко»[574]. Не меньшее значение имеет и последнее послание, обращенное к Пизонам, которое впоследствии получило название «Искусство поэзии». Здесь Гораций подробно излагает свои взгляды на поэтическое искусство и выступает как подлинный теоретик римского классицизма.
Четвертая книга од, изданная Горацием в 13 году, включает в себя 15 стихотворений. Из них четвертая, пятая, четырнадцатая и пятнадцатая оды посвящены Августу и его семейству. Особо выделяются четвертая и четырнадцатая оды в честь военных побед Тиберия и Друза над ретами и винделиками. Это были последние стихотворения Горация. За оставшиеся пять лет своей жизни поэт не написал ничего.