– Они же – потомки Манаса.
– Кто такой Манас?
– Тебе это надо знать?
– Нет, мне как-то всё равно.
– А чего спрашиваешь? Давай работай, философ.
– Я просто спросил. Мне их Манас «по барабану». Воин, наверное, какой-нибудь.
– Это точно. К тому же хороший воин.
– Надо уходить отсюда, пока целы. Смотри, они уже захватили БТР.
– Откуда они его взяли?
– Не могу знать. Одно знаю наверняка: глупцы те, кто решил поставить на колени этот народ…
***
С того момента, как Мурат, простреленный пулей наёмника, упал, время для него остановилось. Его сознание переместилось в другое измерение, он перестал ощущать течение минут и часов. Он не ощутил и того, что чьи-то сильные руки с четырёх сторон подняли его с земли, на которой осталась его алая, разлитая кровь. Кровавое пятно под дождём сразу же стало размываться, оставляя на асфальте красноватые лужицы. Неизвестные ребята вынесли Мурата из зоны огня снайперов. Оказавшись на улице Киевской, напротив фабрики «Илбирс», они остановились.
– Что будем делать? Парню нужна скорая помощь, – отдышавшись, сказал один из них.
– Ребята, давайте его отнесём в спецполиклинику, – предложил тот, который выглядел здоровее всех.
– Куда надо бежать? – спросил его третий.
– Через дорогу, – указал головой здоровяк. Недолго думая, они с Муратом на руках перебежали через Киевскую. Пробежав вверх по улице Панфилова, ребята очутились перед зданием поликлиники Службы национальной безопасности.
– Смотрите, это тоже больничка, – сориентировался первый.
– Давайте его сюда! – скомандовал здоровяк.
– Ты что, это же больница СНБ-шников!.. – заговорил молчавший до того четвертый.
– Ну и что, давайте, заносим его сюда. Что они, не люди, что ли… – настоял на своём здоровяк.
Когда раненого внесли в фойе, их встретили растерянные врачи и медсёстры.
– Хирурга Тологона зовите сюда! – крикнул один из медиков, сообразив, что без специалиста здесь не обойтись.
С верхнего этажа прибежал подполковник медицинской службы Тологон Толокулов. Быстро осмотрев рану Мурата, он распорядился:
– Пуля прошла навылет, необходимо остановить кровотечение; несите его в мой кабинет!
И на ходу крикнул растерянным медсёстрам:
– Позовите Джапара!
Но это было лишним. Подполковник Джапар Сабырбеков уже помогал внести раненого в перевязочную хирургического кабинета. Кровь хлестала из раны, и с каждой секундой Мурат слабел.
– Байке, мне больно… – стонал он, придя в себя. Время снова обрело для него ужасающую реальность.
– Терпи, – успокаивали врачи, перевязывая Мурату рану. Потом ему сделали обезболивающие уколы.
– Надо в «мамакеевку»1 его везти, – сказал, заканчивая оказывать первую помощь раненому, подполковник Сабырбеков. Толокулов по мобильному телефону связался с начальником военно-медицинской службы полковником Ниязбеком Абдулхаевым.
– Товарищ полковник, здесь у нас огнестрел, – доложил он. – Пуля попала в грудь, но жизненно важные органы, по всей видимости, не задеты….
– Есть возможность спасти парня? – спросил его Абдулхаев.
– Нужно срочно вести в «мамакеевку» или в четвёртую городскую.
– Даю команду: везите на нашей скорой помощи в Национальный хирургический центр, – отдал приказание полковник, и врачи стали готовить Мурата к транспортировке.
Пока хирург и медсестра подготавливали раненого к перевозке, снизу пришла ошеломленная дежурная и сказала потерянным голосом: «Тологон-байке, там ещё троих принесли… У всех огнестрельные ранения».
– Делаем так, – отдавал приказания на ходу Толокулов, – внизу организовать перевязку! Останавливаем кровотечение, грузим всех в скорую и летим в «мамакеевку».
Через восемь минут машина скорой медицинской помощи, преодолевая гигантские пробки на проспекте Манаса, пробивалась в хирургический центр. Центр города и прилегающие к площади Ала-Тоо улицы были перекрыты – где митингующими, где сотрудниками милиции. В машине, кроме врачей, находились четверо раненых с огнестрельными ранениями различной степени тяжести. Однако проехать по проспекту вверх скорой помощи так и не удалось… В такой ситуации была дорога каждая минута, и это, как никогда, понимали врачи-офицеры.
– Нужно ехать в четвёртую больницу. Иса, разворачивайся и гони на Молодую гвардию! – скомандовал Толокулов водителю. Иса был опытным водителем. Он также понимал, что цена промедления – это жизни молодых ребят. Поэтому делал всё, чтобы сохранить драгоценные секунды. Врачи ни на мгновение не забывали про раненых. Кому могли, оказывали медицинскую помощь на ходу, и всячески поддерживали разговорами тех, кто нуждался в психологической поддержке.
1
Национальный хирургический центр, называемый в разговорной речи «мамакеевкой» по имени известного хирурга, руководителя центра М.М.Мамакеева.