Ярже спрятал броню в походный сундук, надел подбитый пушным мехом темно-желтый плащ и вышел на улицу. Льдисто блестела Малая Тиса. В лесу на другом берегу печально выли волки.
— Собирайте, — распорядился он, почтительно ждавшим у входа в палатку слугам, а сам пошел вверх по склону. Солдаты, сбиваясь в кучки хмуро переговариваясь, глядя, как слуги выносят из шатров вещи рыцарей и дворян.
Возле ставки, когда туда поднялся Клабс, никого не было. Даже обычный караул не скрещивал пики у входа. Да, что там, даже избранные слуги Мисгерда и нарядные солдатики Клиггса, не маячили рядом. Он был первым. Из окошек шатра лился свет масляных ламп. Внутри двигались две тени.
— Бросаешь меня здесь?!
— Мне нужно уехать, — терпеливо, как докучливому ребенку пояснял Мисгерд. Судя по голосу, он был не совсем трезв. — Государственные дела, требуют моего присутствия в столице. Его Величество…
— Бежишь?! — голос Шелбера срывался на постыдный визг. — Спасаешь свою шкуру! И хочешь, чтобы я остался здесь — в когтях Сотара?
— Не дури. Сотар далеко не так силен, как кажется. Нет у него армады, а была бы, стал бы он ждать, — уверенно ответил Филлес. Ярже оглянулся по сторонам, чувствуя себя не в своей тарелке. Получалось, что он подслушивает — отойти? Но ведь встречу назначили здесь. Рыцарь колебался, переминаясь возле входа.
— Слова, слова, слова, — раздражение в голосе Клиггса, царапало уши как скрежет ножа по стеклу. — Ты говоришь одно, а твои действия совсем другое. Говоришь, Сотар слаб? Скажи это моему бедному брату! Скажи рыцарям, которые уже легли в землю!
— Как бы то ни было, мне пора.
— Ты никуда не пойдешь, мерзавец! — резкий шорох тканей.
— Шелбер, — недовольно проговорил Мисгерд. — Уйди с дороги.
— Не уйду! Даже если мне придется кликнуть караул и связать тебя, ты…
Послышался звук звонкого удара и стук падающего тела. Недовольно зазвенела, прокатившись по ковру брошенная чаша. Ярже едва успел отпрянуть назад, как изнутри показался разминающий пальцы Мисгерд в темно-коричневом контуше, застегнутом на все пуговицы.
— Ты давно здесь стоишь? — подозрительно нахмурился он, разглядев фигуру в желтом плаще.
— Только подошел, господин командующий. Вы-ы, ведь здесь сказали собираться? — тщательно контролируя голос, поинтересовался Ярже. Мисгерд окинул его внимательным взглядом с головы до пят, как если бы знал секрет помогающий отделить, таким образом, правду ото лжи и кивнул.
— Да. Здесь. Я сейчас схожу к себе, а ты постой. В ставку никого не пускай. Командующий Шелбер велел его не тревожить. Чтобы даже его мальчиков здесь не было. Понял?
— Так точно, — Ярже испытал огромное облегчение, когда толстяк растворился в ночной темноте. Его сейчас в последнюю очередь интересовала судьба Клиггса.
Филлес Мисгерд покинул лагерь, забрав с собой часть ценностей и самых необходимых людей. И тот отъезд не прошел незамеченным. Толпа солдат и офицеров, направилась за разъяснениями к ставке командующего. Там они обнаружили Шелбера, лежащего посреди шатра без сознания. Рядом валялась пустая чаша для вина, остатки которого впитались в ковер. Адъютант не разобравшись, прорыдал: «Командующего отравили!»
В течение полутора часов оставшееся без руководства войско, превратилось в огромную беспорядочную толпу. Часовые бросили посты, «младшие» стремительно надирались пивом и вином, торговцы потихоньку, пока не дошло до разбоя убирались подальше, а не знающие что им делать офицеры бранились друг с другом. Каждый, кто имел хотя бы захудалые рыцарские корни, немедленно о них вспомнил и начинал демонстрировать просто невероятные амбиции. Еще через час о случившемся стало известно, коротавшему бессонную ночь за игрой в «даг-ги»[29] с Аршином Сотару.
Когда утром двадцать третьего числа, умаявшиеся за бессонную ночь, дозорные принесли весть, что на королевский лагерь идет тьма-тьмущая войска под бело-красными стягами, половина рыцарей вместе с их свитами, сразу же бросились бежать. Никто в ту секунду даже не сомневался, что на них идет восемьдесят тысяч. Кто-то задерживался лишь, чтобы в дикой спешке забрать хоть что-то из своих богатств. Вид бегущего дворянства породил охватившую лагерь панику. Из двадцати с лишним тысяч человек только малая часть попытались организовать сопротивление, что было так же бессмысленно, как и пытаться потушить горящий лес с кувшином воды. Когда семитысячный отряд Сотара ворвался в лагерь, вырезая и топча всех на своем пути, людей в нем осталось не так уже и много. Охрану обоза составляли кое-как вооруженные слуги, что едва завидев забрызганных кровью Вольных со свирепыми лицами, бросали все и бежали вдогонку за хозяевами.
29
Даг-ги — пришедшая из-за моря, популярная среди знати Бестигвальда многоходовая игра, развивающая логическое мышление и стратегические навыки.