— Тогда?
— Тогда он станет чистым и исполнится такой силы, что будет способен разрушить проклятья, которые ранее произнесены над другим камнем зла.
— Бас! Хватит!
Назир Джанг хлопнул в ладони, отпуская всех. Его министры, совершив требуемые поклоны, удалились, пятясь, в дальний конец кабинета аудиенций. Их господин знаком показал Хэйдену остаться.
Когда все вышли, Назир Джанг устало вздохнул и проговорил:
— Теперь скажи нам: как на самом деле Глаз оказался у тебя?
— Это было так, как я сказал, ваше высочество. Историю камня рассказал моему отцу голландец, а отец рассказал её мне.
— Мы чрезвычайно искушены в делах в Хайдарабаде, — немного помолчав, сказал Назир Джанг. — Мы не можем позволить себе упиваться обманчивыми надеждами, несмотря на наше горячее стремление вернуть славные дни прошлого. События теперь движутся быстро — нам вскоре придётся обратиться к делам государства. — Он деликатно кашлянул в согнутый, украшенный драгоценностями указательный палец. — Было ли у тебя намерение предложить Глаз нашему слуге, Анвару уд-Дину, чтобы он мог взять верх над нашим братом?
— Камень был предложен Анвару уд-Дину лишь для того, чтобы он мог предложить его вам.
— Зачем же ты выкрал его назад?
— Потому что Мухаммед Али и не собирался предложить его вам. Только я мог обеспечить это.
Назир Джанг фыркнул.
— Значит, это ты послал мне серебряный ключ?
Хэйден был совершенно озадачен.
— Серебряный ключ, ваше высочество?
— Значит, не ты послал его? — Теперь в недоумении был сам Назир Джанг.
Хэйден Флинт глядел в изумлении на ключ. «Проклятье, — думал он, — это, очевидно, ключ от шкатулки. Как мог я оказаться таким идиотом? Шкатулка заперта. Ясмин, должно быть, послала его анонимно Назир Джангу. Но почему она не сказала об этом? Конечно, у нас было мало времени. Мы встретились лишь мельком, когда она дала мне шкатулку и умоляла добиваться немедленного приёма у Назир Джанга. Но даже и в этом случае разве могла она забыть о таком важном деле?»
— Пожалуйста, мистер Флинт, сделайте одолжение, не принимайте меня за глупца в моей собственной цитадели!
— Мой господин, — сказал Хэйден, с трудом глядя в глаза своего собеседника. — Я знаю, что вы не глупец. Ключ в своё время пропал. Я рад, что он теперь у вас, хотя кто его прислал, я не знаю. Я знаю лишь, что вы вскоре будете править крором[76] подданных, которые веруют в Талвар. Что касается меня, то я предпочёл бы ваше правление в Хайдарабаде правлению любого претендента. Моё намерение преподнести этот дар вам вскоре станет очевидным.
— Меня не заботит, во что верят подданные моего отца.
— Вы должны обладать Талваром, чтобы показать им, что вы — низам. Никто в Хайдарабаде, да и во всём мире, не может понять, каким образом великий Асаф Джах — да трепещут все пред его именем — избежал злобного проклятья Горы Света. Никто не может объяснить это. Даже вы.
Слова Назир Джанга прозвучали очень резко:
— Ты решился говорить с нами таким образом? Ты, кто сказал, что имеешь собственные основания желать нашего правления в Декане? Англичанин, у тебя нет ни малейшего представления, насколько опасна игра, в которую ты играешь.
— Может быть, и так. Но меня интересует твёрдая реальность мира.
— Объясни, что ты имеешь в виду.
Хэйден вобрал в себя воздуха, его сердце билось как барабан, и он бросился в самую рискованную авантюру в своей жизни.
— Я думаю, вы не поспешите объявить о смерти вашего отца, Асаф Джаха, который совершенно определённо умер, и был мёртв уже двадцать четыре часа назад, — вы не сделаете этого до тех пор, пока не будете совершенно уверены, что группировка принца Музаффар Джанга потеряла всяческую надежду вырвать низамство у вас. — Он твёрдо встретил стальной взгляд Назира. — Если бы только был способ подавить сына дочери вашего отца, а, мой господин?
Ни проблеска признания не промелькнуло на неподвижном лице Назир Джанга.
— А если бы такой способ был?
— От имени Английской компании, президента Мадраса и его Совета, а также короля Георга Второго великой Британии и всех её территорий. — Хэйден взял шкатулку, — я предлагаю это вам.
Назир Джанг поднялся, призвал своих министров, охранников и слуг, быстро собравшихся вокруг него.
— Видите? Тайна ключа открылась. Английская компания подносит нам дар, — говорил он величественно. — Что вы думаете об этом? Должен ли я принять его?