Афродита растерялась, но всего на долю секунды. Затем тоже улыбнулась и поддержала игру:
— Разумеется, Неферет будет рада узнать о том, что ты стала одной из нас. Но вряд ли стоит беспокоить Верховную жрицу глупыми вопросами, на которые можно получить ответ гораздо ближе. Я знаю график наших церемоний наизусть. Завтра мы отмечаем Самайн.[16] Не забудь надеть свое платье, чтобы нам не пришлось за тебя стыдиться, — подпустила она шпильку, но я улыбнулась ей еще лучезарнее. Я хотела зацепить Афродиту и радовалась, что мне это удалось, — встретимся на том же месте после обеда. В половине пятого, не опаздывай.
— Прекрасно! Буду, как штык.
— Это станет для всех нас приятным сюрпризом, — усмехнулась Афродита и удалилась, в сопровождении Воинственной и Ужасной, выглядевших совершенно обалдевшими.
— Ведьмы из преисподней, — прошипела я им вслед, потом перевела глаза на Стиви Рей, которая смотрела на меня, разинув рот.
— Ты вступаешь к ним? — прошептала она.
— Это не то, что ты думаешь. Идем, я все объясню по дороге.
Я поставила наши тарелки в посудомойку и потащила притихшую Стиви Рей к выходу. Нала семенила за нами, время от времени сердито шипя на других котов, которые осмеливались подойти ко мне слишком близко.
— Я отправляюсь туда на разведку. Помнишь, что ты мне вчера сказала?
— Нет. Мне это не нравится, — прошептала Стиви Рей и так решительно затрясла головой, что ее короткие кудряшки запрыгали как пружинки.
— Слышала поговорку «держи друзей близко, а врагов — еще ближе»?
— Да, но…
— Никаких «но»! Именно это я и делаю. Афродита слишком много на себя берет, и я хочу ее остановить. Она злая. Она эгоистичная и жестокая. Никс никогда не благословит такую Верховную жрицу.
Глаза Стиви Рей стали огромными, как две луны.
— Ой, божечки! Ты, правда, так сделаешь?
— Попробую, — пробормотала я, и синий полумесяц на лбу ответил мне легким покалыванием.
— Спасибо за подарки для Налы, — сказала я. Неферет оторвалась от бумаг, которые раскладывала, и улыбнулась.
— Нала — прекрасное имя для твоей рыжей красавицы, но благодарить ты должна не меня, а Умника. Это он сказал мне, что тебя выбрала кошка.
Она посмотрела на рыжий клубочек, нетерпеливо крутившийся у моих ног.
— Смотри-ка, она ни на шаг от тебя не отходит! — Неферет снова взглянула мне в лицо и спросила: — Скажи, до вчерашней ночи ты когда-нибудь слышала голос Налы? Может быть, она звала тебя во сне? И можешь ли ты точно сказать, где она, если ее нет с тобой рядом?
Я насторожилась, заподозрив, что Неферет подозревает у меня дар близости к кошачьим.
— Нет… Я не слышала ее раньше. Но она постоянно на меня ворчит. И ходит за мной хвостом, поэтому я не знаю, могу ли я чувствовать ее присутствие на расстоянии. Она всегда рядом.
— Она прелесть, — промурлыкала Неферет и поманила Налу пальцем: — Иди ко мне, малышка.
Нала мгновенно вспрыгнула на стол, сбросив бумаги на пол.
— Ой, извините, — вспыхнула я и хотела схватить ее, но Неферет со смехом замахала на меня рукой. Она почесала мою кошку по макушке — рыжая ворчунья тут же зажмурилась и довольно заурчала.
— Я всегда рада котам, а бумаги это всего лишь бумаги. Ты хотела о чем-то поговорить со мной, Птичка Зои?
Стоило мне услышать имя, которым называла меня бабушка, как у меня закололо сердце, а на глаза навернулись слезы.
— Ты скучаешь по дому? — ласково спросила Неферет.
— Нет… совсем нет. Только по бабушке, но все эти дни я была так занята, что даже не поняла этого, — прошептала я, смаргивая слезы.
— Ты совсем не скучаешь по родителям…
Она ни о чем не спрашивала, но мне захотелось ей ответить.
— Нет. Вообще-то, отца у меня нет. Он бросил нас, когда я была совсем маленькой. Три года назад мама снова вышла замуж и…
— Ты можешь рассказать мне все, Птичка. Честное слово, я пойму, — ободряюще кивнула Неферет.
— Я его ненавижу! — выкрикнула я с удивившей меня саму ненавистью. — С тех самых пор, как он вошел в нашу семью, — я произнесла это слово с издевкой, — все пошло прахом. Мама полностью изменилась. Как будто не могла быть мамой и женой одновременно, поэтому выбрала быть женой. Наш дом перестал быть для меня домом.
— Моя мама умерла, когда мне было десять лет. Отец не стал жениться второй раз. Вместо этого он сделал своей женой меня. С десяти лет и до пятнадцати, когда Никс спасла меня от этого кошмара, он насиловал меня, — Неферет помолчала, словно для того, чтобы ее ужасные слова крепче запали мне в душу, а потом сказала: — Как видишь, я не понаслышке знаю, что родной дом может стать самым невыносимым местом на свете.
— Это ужасно! — я просто не знала, что еще сказать.
— Это было ужасно. Но теперь это просто воспоминание. Ты должна понять одну очень важную вещь, Зои. С каждым днем люди из твоего прошлого, а также из настоящего и даже будущего будут становиться все менее и менее значимыми для тебя, а потом ты просто перестанешь воспринимать их всерьез. Так действует Превращение.
Мне вдруг стало не по себе от холодного равнодушия, прозвучавшего в ее всегда ласковом голосе.
— Я не хочу перестать любить бабушку! — непроизвольно вырвалось у меня.
— Конечно, не хочешь! — с прежним участием воскликнула Неферет. — Кстати, сейчас всего девять вечера, почему бы тебе не позвонить ей? Можешь немного опоздать на урок, я предупрежу профессора Нолан.
— Спасибо, — с благодарностью кивнула я. — Я с удовольствием ей позвоню. Но сначала я бы хотела рассказать вам о… — я набрала в грудь побольше воздуха и выпалила: — Вчера ночью я пила кровь.
Неферет спокойно кивнула.
— Я знаю. Дочери Тьмы часто добавляют в ритуальное вино кровь кого-нибудь из недолеток. Это их маленькая традиция. Тебя это расстроило, Зои?
— Я ни о чем не догадывалась, поэтому только потом поняла, что это было. И расстроилась.
Неферет нахмурилась.
— Афродита поступила неэтично, не поставив тебя в известность. Она должна была предоставить тебе выбор и возможность отказаться. Я поговорю с ней.
— Нет! — с излишней поспешностью воскликнула я и заставила себя говорить спокойнее. — Нет-нет, не нужно этого делать. Я сама о себе позабочусь. Кроме того, я решила стать одной из Дочерей Тьмы, и мне бы не хотелось с первого же дня навлекать неприятности на Афродиту.
— Пожалуй, ты права. Афродита иногда бывает излишне темпераментной, но я уверена, ты сумеешь за себя постоять. Мы всегда приветствуем стремление недолеток самостоятельно улаживать конфликты и самим решать свои проблемы.
Неферет посмотрела на меня с пониманием. — Первый опыт не должен тебя разочаровать, Зои. В первый раз кровь всегда кажется очень неаппетитной. Привыкание приходит постепенно.
— Нет, дело не в этом… Наоборот, мне очень понравилось. Эрик сказал, что это очень необычно.
Безупречные брови Неферет взлетели вверх.
— Да, он совершенно прав. Ты почувствовала головокружение или радость?
— И то, и другое одновременно, — виновато прошептала я.
Неферет перевела взгляд на мою Метку.
— Ты особенная, Зои Редберд. Пожалуй, по социологии мы переведем тебя сразу на четвертую ступень.
— Пожалуйста, не делайте этого! — взмолилась я. — Я и так чувствую себя ужасно, потому что все глазеют на мою Метку и ждут, как я что-нибудь выкину. Если вы переведете меня в класс к тем, кто провел здесь уже три года, я буду считать себя настоящей белой вороной.
— Кажется, я тебя понимаю, — вздохнула Неферет. — Я была в твоем возрасте больше ста лет назад, однако у вампиров долгая и хорошая память, поэтому я отлично помню, как сама переживала Превращение. — Она снова вздохнула и посмотрела на меня. — Предлагаю компромисс. Я оставляю тебя на третьей ступени, но ты будешь самостоятельно заниматься по учебнику вамп-социологии для старших классов. Дай мне слово, что станешь прочитывать по одной главе в неделю, и приходить ко мне всякий раз, когда у тебя возникнут вопросы или сомнения.
16
Самайн (Хэллоуин) — один из четырех главных календарных праздников кельтов, празднуется в ночь с 31 октября на 1 ноября, канун дня Всех святых. Самайн соединяет две половины года, темную и светлую, и два мира — Верхний Мир людей и Сид, Иной Мир. Священные дни не входят ни в год наступающий, ни в год уходящий, это Дни Безвременья. В дни Самайна истончается граница между мирами, в мир людей проникают бессмертные, а герои могут пройти в Сид. В ночь Самайна на свободу вырываются силы хаоса.