Наши пальцы сплетаются, в ожидании мелодии я мечтательно кладу голову ему на грудь. Интересно, что он выбрал. Должно быть, нечто мягкое и чувственное, вроде композиций Саймона и Гарфанкела, или классическую любовную песню, например «Something» Джорджа Харрисона, которую я готова слушать бесконечно.
Звучат вступительные аккорды, я прикрываю глаза. Что-то знакомое… Нет! Только не это. Но увы.
«Уэт Уэт Уэт»[57].
Джеймс кружит меня по комнате, самозабвенно распевая про чувства, которые переполняют его до кончиков пальцев, а я тихо сатанею. Скажите, что это розыгрыш.
— Прекрасные слова, верно?
Он спятил? Открыв глаза, я встречаю его взгляд и киваю:
— Угу.
А что я еще могла сказать? Брякнуть прямо в лоб, что это пошлятина? В мозгу всплывает образ ухмыляющегося Марти Пеллоу.
— Я так и думал, что ты оценишь, — продолжает Джеймс. — Пусть это будет наша песня, согласна?
Бо-же-мой. Меня аж крючит от неловкости, ноги будто свинцом налились. Чертова песня все не кончается, и с каждой секундой романтическая атмосфера тает. Еще чуть-чуть — и, считай, свидание безвозвратно погибло.
Пока мы медленно вальсируем, я с надеждой ожидаю перехода к следующему этапу. Ужин, шампанское, музыка… По законам романтики, дальше должна быть постель. Жду. Предвкушаю. Ну все, довольно! Не в силах больше терпеть завывания Марти Пеллоу, я решаю проявить инициативу. Подталкиваю Джеймса в сторону спальни и начинаю расстегивать на нем рубашку.
К счастью, намек понят. Мы по очереди раздеваем друг друга, и вот я уже лежу обнаженная на его сексодроме, а Джеймс… Где Джеймс?
С усилием приподнимаю тяжелые веки и несколько секунд жду, пока глаза привыкнут к темноте. Ага, стоит у меня в ногах. В чем мать родила. И готовый к бою, если я хоть что-нибудь понимаю в физиологии. И аккуратно складывает нашу одежду.
— Джеймс? Это обязательно делать сейчас? — Я сажусь на постели.
— Это займет всего секунду, дорогая.
Здорово? Я тут, понимаете ли, лежу. Голая. Умирающая от нетерпения. А мой мужчина аккуратненько скатывает носки. Оскорбленная в лучших чувствах, прикрыв грудь руками, наблюдаю, как он берет мое платье, в порыве страсти сброшенное на пол, и расправляет его на вешалке. Нет, ну в самом-то деле. Я ценю опрятность и чистоплотность. Но всему есть предел!
— Вот и все.
Проскользнув под одеяло, он прижимается ко мне обнаженным телом и обхватывает рукой за талию.
— Так на чем мы остановились?
Мне хочется притвориться рассерженной — согласитесь, не очень приятно сознавать, что в системе ценностей твоего любовника ты на втором месте после красиво сложенных трусов. Но так трудно злиться, когда Джеймс целует тебя за ушами — медленно, сладко… М-м-м… хочу, чтобы это длилось вечно…
Пока его губы ласкают мою шею, закрываю глаза, отдавшись блаженству. Может быть, я умерла и попала в рай сексуальных прелюдий? Его желание очевидно, судя по тому, что вжимается в мое бедро; я тяну руку, но Джеймс отводит мою ладонь. Перемещается ниже и осыпает поцелуями мой живот.
Мне нравится, как он дразнит меня. Блаженствую и снова тянусь к желанной цели.
— К чему торопиться? — шепчет Джеймс, упорно отталкивая мою руку.
Ах вот как. Я вроде как не у дел? Валяюсь тут куклой, пока он гладит все мое тело и целует соски. Ух ты… Потрясающе… Волшебно… Подавляю зевок.
Скучновато.
В жизни бы не поверила, что и прелюдии может быть слишком много. Но оказывается, такое бывает… Я поерзываю, давая ему понять, чтобы закруглялся. Игнорируя мои немые призывы, Джеймс методично покрывает поцелуями мое лицо.
Надо брать дело в свои руки.
— Э-э… а презервативы у нас есть? — бормочу я, пока Джеймс зарывается лицом у меня между грудей. Понимаю, это, должно быть, не очень тактично, но что прикажете делать девушке, которой очень хочется перепихнуться?
— Ш-ш-ш! — Не уловив намека, он приступает к своему коронному трюку — трепетанию ресницами вокруг сосков.
Над его плечом вижу горящий в темноте дисплей электронного будильника. Почти два. Мы в постели уже больше часа.
— М-м-м, как ты восхитительно пахнешь… — стонет Джеймс, крепко обняв меня и уткнувшись лицом мне в волосы.
— М-м-м, ты тоже, — сладострастно шепчу в ответ. И давай уже наконец займемся сексом, умоляет голос внутри меня. Я покрепче прижимаюсь к Джеймсу и пробую подвигать бедрами. Обычно это срабатывает, но он лишь стискивает меня еще сильнее и снова замирает.
57
Wet Wet Wet — шотландская поп-группа. Их самый известный хит — «Love Is All Around» («Любовь повсюду»), перепетый, в частности, в фильме «Реальная любовь». Солист группы — Марти Пеллоу.