Во внешнем облике Лоренцо Великолепный повторил черты лица своей матери, Лукреции Торнабуони. Сохранившиеся изображения Лукреции позволяют рассмотреть деформированную форму носа, которую унаследует и Лоренцо. Можно предполагать, что подобная форма носа явилась результатом генетической мутации, точно так же, как широко известный по портретным образам деформированный подборок Габсбургов, передававшийся всем потомкам королевской династии. Сохранились свидетельства современников, рассказывающие о том, что несчастная Лукреция из-за сильной деформации носа не могла различать оттенки запахов и вкусов. В отличие от Лоренцо его брат Джулиано унаследовал черты лица от отца, Пьеро Медичи, что позволило ему прослыть первым красавцем Флоренции. Однако весьма скоромные внешние данные Лоренцо компенсировались мощной мужской силой, делая его желанным кавалером в глазах красавиц.
Медичи и Платоновская академия:
путь к бессмертию
Рождение мальчика в семействе Медичи более всего обрадовало Козимо Медичи, деда Лоренцо. В этом еще маленьком, но невероятно смышленом мальчугане Козимо видел будущего великого правителя Флоренции. Если в раннем детстве воспитанием Лоренцо занималась его мать, Лукреция Торнабуони, то уже повзрослевшего Лоренцо дед поручает Иоанну Арги-ропуле, Кристофоро Ландино, Марсилио Фичино, снискавшим себе славу ученых-гуманистов. Это еще раз подтверждает тот факт, что Медичи очень внимательно относились к вопросам образования.
Лоренцо и его младший брат Джулиано получили блестящее образование, в основе которого лежало изучение античной философии и культуры, греческого и латинского языков. Классическое образование способствовало расцвету Лоренцо как блистательного интеллектуала.
Еще в юности прикоснувшись к трудам античных философов, Лоренцо, придя к власти, создал на свои средства уникальный интеллектуальный центр — Академию Кореджи, или Платоновскую академию. Академия возникла в 1462 г. как место для научного развития идей флорентийского неоплатонизма силами ученых-гуманистов. Это учебное заведение никогда бы не было открыто, если бы не усилия, прикладываемые Козимо Медичи Старшим и способствовавшие его появлению. Первый шаг к ее открытию был сделан именно Козимо Медичи. Он подарил еще юному Марсилио Фичино античные рукописи и сочинения Платона, переведенные на латинский язык, а также виллу Кореджа. Уроженец Флоренции Марсилио Фичино получил образование во Флорентийском университете, где он усердно изучал философию и медицину. Овладев греческим, он стал серьезно заниматься переводами, одновременно работая секретарем у Козимо Медичи. С ним Козимо Медичи Старший связывал честолюбивые планы перевода трудов Платона на итальянский язык.
Возглавив Платоновскую академию, конкуренцию которой составляли Академия в Риме во главе с итальянским гуманистом Помпонио Лето и Неаполитанская академия во главе с поэтом-гуманистом Джованни Понтано, Марсилио Фичино делал все для того, чтобы не разочаровать Козимо Медичи. Академии стали новой инновационной формой самоорганизации ученых, поэтов, литераторов, тяготеющих к философским традициям античного мира. Отличием академии от набиравших силу университетов было отсутствие принципов корпоративности, которыми так славились европейские университеты, и обращение в своих научных поисках исключительно к философским традициям античного мира. Наиболее востребованными античными учеными оказались Аристотель и Платон, труды которых активно переводились, исследовались, а взгляды ученых становились предметом научных дискуссий. С академиями связывался путь к формированию совершенного человека, и не случайно патроном Неаполитанской академии был король Неаполя.
На протяжении более чем тридцати лет вилла Кореджа, подаренная Медичи Марсилио Фичино, была местом сосредоточения блистательных умов Раннего Возрождения, ученых-гуманистов Кристофоро Ландино, Джованни Пико делла Мирандолы, Джованни Нези, поэтов — Анджело Полициано, Джироламо Бенивьени, Нальдо Нальди, художников — Сандро Боттичелли и др. Частым гостем на вилле был не только Козимо Медичи, но и его внук Лоренцо, уже с юных лет интересовавшийся философскими проблемами. Умный, хорошо образованный Лоренцо Медичи оказывался в эпицентре дискуссий, носивших эстетический характер. Учение о прекрасном волновало всех гуманистов, и в атмосфере дружеских обсуждений и свободного научного поиска формировался новый принцип работы с научным материалом, в основу которого теперь был положен синтез научных знаний.
Платоновская академия представляет сегодня не меньший интерес, чем семья Медичи. Помимо молодых итальянских ученых, нашедших под ее сводами покой и понимание власть предержащих, в академии работали ученые, бежавшие из погибавшей под ударами исламского мира Византии. Здесь нашел приют выдающийся византийский ученый Георгий Гемист Плифон (или Плетон), с именем которого связано появление одной из первых теорий о государстве. После того как в 1453 г. Византия пала, стареющий ученый приехал во Флоренцию, привезя с собой свой уникальный архив, состоявший из древних свитков и рукописей. Именно этот архив, вывезенный чудом из Византии, стал интеллектуальной основой созданной Козимо Медичи в эти же годы Платоновской академии. Невозможно недооценивать научную составляющую трудов ученых, которые работали в академии под неусыпным контролем семейства Медичи. Современные историки, причисляющие себя к сторонникам так называемой альтернативной истории, убеждены, что именно с Платоновской академии была положена печальная традиция фальсификации источников. Процесс исторической фальсификации был важен и нужен лично Медичи, содержавшим на свои собственные средства академию. Как настоящие коммерсанты, они желали видеть отдачу от вложенных денег. Уже через год после прибытия во Флоренцию Георгий Гемист Плифон публикует 12-томный исторический труд «История Флоренции». В этом многотомном труде использованы византийские хроники, имена и события в которых были переделаны на флорентийский лад. Благодаря этой исторической мистификации история Флоренции оказалась длиннее на 260 лет, и в ней, конечно же, нашлось место славному и богатому роду Медичи! Любопытно, что в историю рода Медичи удачно вписалась не только Византийская империя, но и Древняя Русь! Борис Синюков, исследователь, причисляющий себя к сторонникам радикальных взглядов на мировую историю, выдвинул смелую гипотезу, согласно которой знаменитая Лаврентьевская летопись была написана в недрах Платоновской академии Медичи. Название летописного свода родилось от имени сына Козимо Медичи Лаврентия, заведовавшего так называемой Лаврентьевской библиотекой в Академии[2].
После смерти Козимо Медичи благодаря исключительно усилиям, приложенным Лоренцо Медичи, академия очень быстро превратилась в интеллектуальный центр неоплатоников. Неоплатониками принято называть сторонников направления античной мысли III–VIbb., в котором соединились взгляды Платона, Аристотеля и восточных мудрецов. Неоплатоники создали новое учение об особом, иерархически устроенном мире, в котором душа может совершать восхождение к своему первоначальному истоку, стремясь соединиться с Высшим Божеством. Одним из положений учения неоплатоников было освобождение души от материальных оков для достижения подлинной духовности через состояние экстаза.
Любовь к наследию Платона и Аристотеля была унаследована Лоренцо от его деда Козимо Медичи, полагавшего, что без учения Платона невозможно стать ни хорошим гражданином, ни хорошим христианином. Увлечение мистикой было свойственно и времени Лоренцо Медичи. После того как под ударами турок рухнул оплот православного мира — Византийская империя, Флоренция начала превращаться в центр философии и культуры, выступая наследницей великой византийской цивилизации.
Усердие, проявленное Лоренцо в юности при изучении древних языков, не прошло для него даром. Полученные им знания сделали его блестящим знатоком древнейших языков, позволяя читать труды великих мыслителей античного мира на языке оригинала. Сознавая важность содержания древнейших трактатов, Лоренцо не жалел денег, отправляя на Восток своих людей, чтобы те искали и привозили во Флоренцию все найденные ими древние манускрипты или свитки. Со временем количество привезенных письменных источников стало столь велико, что подтолкнуло Лоренцо к идее создания первой публичной библиотеки, появившейся в Европе. Библиотека Лоренцо по числу собранных в ней манускриптов, рукописей, печатных книг могла состязаться с великой Александрийской библиотекой. Если Александрийская библиотека носила имя легендарного Александра Македонского, то библиотека Флоренции стала называться Библиотекой Лауренциана в честь Лоренцо Великолепного.