Больше всего им нравится дразнить римлян. Украденная амуниция, шпора, кожаная рукавица — ради этого стоит рискнуть головой. Один городской парень ухитрился стащить у солдата шлем, покуда ничего не подозревающий легионер пил воду из колодца. Он стал героем дня, почти как Иоиль.
Даниил смотрел на эти забавы с неодобрением. Не о таких мелких стычках он мечтал. Они хвастаются своими подвигами, а ему все кажется каким-то ребячеством. Он-то надеялся со временем собрать большую, хорошо обученную армию и уж тогда ударить. А вся эта мелочь — как костер, запаленный до срока. Надо будет, глядь — а дрова уже прогорели.
Но делом с катапультой[67] гордился и он. Как-то вечером двое парней прибежали, запыхавшись, в кузницу.
— Бросили ее прямо на дороге, — выкрикнул один. — Только двое солдат. Одно из тех больших орудий, что использовали при осаде Сепфориса. Колесо треснуло, вот и пришлось ее оставить до утра.
— Я передам Рошу, — Даниил положил молот.
— Погоди. Может, сами справимся, — предложил второй парнишка. — На что Рошу катапульта? Ладно, Даниил? Мы же ее обнаружили. Будет нам забава.
— Набить промасленными тряпками и запалить. Неплохой получится костерок.
— Ага, и заметный издалека, — остерёг Даниил. — Что толку жечь хорошее дерево. Нам оружие нужно, а не костры.
— Тогда разберем ее на части.
И прежде чем Даниил на что-нибудь решился, они уже сами взялись за дело. Дали знать остальным, собрали какое-никакое оружие, захватили напильники из мастерской, зубила, деревянные молотки. По одному, окольными путями, парни пробрались к холму над дорогой, где во тьме таилось странное, нездешнее чудовище.
— А зачем им понадобилось перевозить эту штуковину? — прошептал кто-то.
— Сдается мне, я знаю, — таким же шепотом ответил Даниил. — Одну такую Ирод[68] использовал в Арбеле[69], когда напал на пещеры.
— Они что, задумали выкурить Роша?
— Похоже, он им изрядно поднадоел.
— Тогда уж точно надо ее захватить, — сказал один из парней. — Это легче легкого.
— Постойте, — предупредил Даниил. — Солдат не убивать. А то они в отместку забьют до смерти половину селения. Я займусь одним, Нафан другим, помнишь, как я тебя учил?
Прежде чем часовой успел понять, что случилось, Даниил уже обхватил шею солдата, сдавил, бросил его, почти бездыханного на землю, забрал пику и кинжал. Секунда, и резкий свист оповестил — второй тоже готов. Одна за другой незаметные тени пробираются между камнями поближе к чудовищной машине. Работают молча, заглушая плащами скрежет напильников и зубил. Понемногу, щепка за щепкой, доска за доской, чудовище разобрано на мелкие кусочки. Всю долгую ночь мальчишки перетаскивают обломки в башню, сгибаясь под тяжестью длинных досок и толстых поперечин. С восходом солнца катапульта исчезла с лица земли. Сколько бы римляне ни обещали награду, сколько бы ни грозили, никто и словом не обмолвился о том, что произошло.
Парни с ума посходили от радости — такой успех! Самодовольно прохаживаются по селению, не давая себе труда спрятать мозоли на ладонях и ободранные коленки. Даниил пробовал взывать к голосу разума:
— Перестаньте, а не то все погубите. Это только начало.
— Почему, почему бы нам не ударить прямо сейчас? — непрестанно спрашивают парни. — Посмотри на людей. Ни один из них не выдаст. Все только и ждут, что нашего слова. Позови, и каждый будет с нами. Почему Рош не дает команды?
Иоиль прислал гонца из города — предупредить, что римляне копят силы. Из Тивериады пришло пешее подразделение — усилить гарнизон. На дорогах удвоили патрули. Даже в селении появились незнакомые легионеры. Прохаживаются без видимой цели туда и сюда, глаза внимательно глядят из-под надвинутых на лоб шлемов. Даниил приказал — больше никаких забав. Мальчишки, сердясь на запрет, с хмурым видом бродят по улицам селения. Кажется, взрыва не миновать.
Как-то утром пастух спустился с предгорий, рассказал — три отары овец угнаны и забиты. Чуть позже двое поселян постучались в кузницу к Даниилу.
— Говорят, ты можешь передать словечко-другое Рошу.
Даниил молчит.
— Если так, скажи ему — пора оставить наших овец в покое.
— Что, пары баранов пожалели тому, кто жизнь готов положить за вашу свободу? — тихим, ровным голосом спрашивает кузнец.
— Мы уже по горло сыты его свободой. Он-то там в горах свободен. Его подати не душат, не выжимают досуха каждый год. Он забавляется, дразнит римлян, а наказания сыплются на наши головы. Ради всех пророков, если тебе дорог этот твой герой и спаситель, предупреди его. А с нас довольно.
67
Катапульта (лат. catapulta) — гравитационная метательная машина, приводимая в действие силами упругости скрученных волокон (сухожилий, ремней и т. п.). Предназначалась для метания по крутой траектории камней, ядер, стрел на дальность 250–850 м. Осадная катапульта подвозилась на платформе с колесами. Применялась с 5 в. до н. э. (в Древней Греции, Древнем Риме) до 15 в. (в Европе).
68
Ирод Великий стал царем Иудеи в 40 г. до н. э., обновил и перестроил Храм в Иерусалиме. См. Евангелие от Матфея, глава 2, стих 1.
69
Арбель (в Библии — Бет-Арбел) — город на западном берегу озера Кинерет, недалеко от Магдалы.