Рид:
Садовник подошел к столу со слегка воинственным видом, словно ему казалось, что полиция преследует лишь одну цель: лишить его законных сорока фунтов. На вопросы он отвечал немногословно: имя Фрэнк Крачли, раз в неделю приходит работать в саду Толбойз, получает пять шиллингов в день, все остальное время водит грузовики и такси мистера Хэнкока, у которого гараж в Пэгфорде.
– И копил я, – настойчиво повторил Крачли, – на собственный гараж, только мистер Ноукс выудил у меня эти сорок фунтов.
– Это уже не важно, – сказал суперинтендант. – Денег не воротишь, а снявши голову, по волосам не плачут.
Крачли эти заявления показались не более убедительными, чем союзникам – заявление мистера Кейнса после заключения мирного договора: мол, их компенсации плакали, поскольку денег нет[143]. Природа человека отказывается верить, что денег нет. Гораздо более вероятной кажется версия, что деньги есть – надо их только достаточно решительно потребовать.
– Он обещал, – настаивал Фрэнк Крачли, упрямо пытаясь пробиться сквозь непонятливость мистера Кирка, – что сегодня мне их отдаст.
– Хорошо, – сказал Кирк, – предположим, он бы отдал, если бы кто-то не вмешался и не размозжил ему голову. Надо было не зевать и стребовать с него эти деньги на прошлой неделе.
Ну что за непроходимая тупость! Крачли терпеливо объяснил:
– Тогда у него их не было.
– Ой ли? – прищурился суперинтендант. – Это он вам так сказал.
Это был удар под дых. Крачли побелел.
– Вот те на! Не хотите же вы сказать…
– Да-да, деньги у него были, – подтвердил Кирк. Он рассчитывал, что эта информация развяжет свидетелю язык и сэкономит им немало усилий.
Крачли в крайнем волнении обратил безумный взгляд на остальных присутствующих. Питер кивком подтвердил слова Кирка. Гарриет, знававшая дни, когда потеря сорока фунтов была бы для нее большей катастрофой, чем потеря сорока тысяч фунтов для Питера, участливо сказала:
– Да, Крачли. Увы, все это время деньги были у него в кармане.
– Как! У него были деньги? Вы их нашли?
– В общем, нашли, – признался суперинтендант. – Нет причин это скрывать.
Он ждал, пока свидетель сделает очевидный вывод.
– Значит, если бы его не убили, я мог бы получить свои деньги?
– Если бы вы успели раньше мистера Макбрайда, – сказала Гарриет, проявив скорее честность, нежели уважение к тактике мистера Кирка.
Крачли, однако, нисколько не интересовался мистером Макбрайдом. Убийца лишил его законных денег, так что он не скрывал своих чувств.
– Черт! Я… Я… Да чтоб ему.
– Да-да, – проговорил суперинтендант, – мы понимаем. И теперь у вас есть шанс. Любые факты, которые вы нам сообщите.
– Факты! Меня обжулили, вот как это называется, и я.
– Слушайте, Крачли, – сказал Питер. – Мы знаем, что вам очень не повезло, но тут уж ничего не поделаешь. Тот, кто убил мистера Ноукса, вас здорово подвел, но его-то мы и ищем. Подумайте хорошенько и помогите нам с ним расквитаться.
Спокойный, ровный тон возымел действие. Лицо Крачли озарилось.
– Спасибо, милорд, – кивнул Кирк. – Хорошо сказано, коротко и ясно. – Итак, приятель, нам жаль, что вы лишились своих денег, а вы можете нам помочь. Понятно?
– Да, – сказал Крачли с лихорадочным рвением. – Хорошо. Что вы хотите узнать?
– Ну, прежде всего: когда вы в последний раз видели мистера Ноукса?
– В среду вечером, как я и говорил. Я закончил работу почти в шесть и зашел сюда, чтобы заняться цветами, и когда я закончил, он дал мне пять шиллингов, как обычно, и тогда я начал требовать свои сорок фунтов.
– Где это было? Здесь?
– Нет, на кухне. Он всегда там сидел. Я выхожу отсюда со стремянкой в руке…
– Со стремянкой? Зачем?
– Как зачем? Чтоб достать до кактуса и часов. Я каждую неделю завожу часы – у них недельный завод. И ни туда ни сюда без стремянки не дотягиваюсь. Иду, значит, на кухню, чтобы убрать стремянку, а он там сидит. Он платит мне мои деньги – полкроны, шиллинг, два шестипенсовых и шесть пенсов медяками[144], если хотите знать точно; все из разных карманов. Он любил изображать, будто последний пенни едва наскреб, но я к этому привык. И как он закончил свое представление, прошу я у него свой сороковник. Мне нужны эти деньги, грю…
– Именно так. Вам были нужны деньги на гараж. Что он на это сказал?
– Обещал, что отдаст в следующий раз, то есть сегодня. Я мог бы сообразить, что он только зубы заговаривает. Не в первый раз обещал, и всегда у него потом находилось какое-то оправдание. Но он обещал, свинья паршивая, что в этот раз уж точно – а что ему мешало, раз он уже собрался сбежать и набрал полные карманы денег, кровопивец.
142
Анонимная пьеса 1592 года, в разное время приписывавшаяся Шекспиру, Марло и другим драматургам той поры. Перевод с англ. И. Мокина.
143
И до, и после заключения Версальского мирного договора по окончании Первой мировой войны знаменитый экономист Джон Мейнард Кейнс, успевший поработать над его экономическими положениями, заявлял, что у Германии не будет средств выплачивать положенные контрибуции победившим странам. Его вариант договора, с меньшими требованиями к Германии, принят не был.