— Эй, Блейкли, — позвал Стив Венделл. — Вы знаете, что у вас брюки порваны? Сзади.
Все накопившееся напряжение Мэгги вырвалось наружу, она повалилась на Стерлинга и расхохоталась. Пока не расплакалась.
Глава 18
— Полагаю, это своего рода наказание за мои грехи, — заявил Сен-Жюст, глядя на миску, которую Табита Лейтон поставила на кофейный столик и убежала на кухню в порыве хозяйственности. — К этому добавлю и все остальное, включая число дам, полных решимости привести сильного мужчину в угнетенное состояние духа своими суетливыми хлопотами. Стерлинг, будь добр, налей вина.
— Мэгги не разрешила тебе вино, Сен-Жюст. — Стерлинг склонился над ним, будто курица над цыпленком. — Это вредно для твоей головы.
— Для моей головы вредно, если всё будут смотреть на меня так, словно я взбешусь сию секунду, — отметил Сен-Жюст, с подозрением глядя на пресную похлебку. — Вино — это лекарство.
— Да, да. А не дать тебе нюхательной соли? Или нашатырного спирта? О, а еще жженые перья. Чудесно восстанавливают силы, если ты чувствуешь слабость и все такое.
— Я чувствую слабость, Стерлинг, — Сен-Жюст осторожно сел и сбросил шерстяной плед, которым его накрыла Бернис Толанд-Джеймс, — словно я долго скакал верхом и весь взмок. Но это не означает, что мне грозит неминуемая гибель. Только если в ближайшие десять секунд не принесут бокал вина.
— Сейчас принесу, — Стерлинг испустил тяжкий вздох и отправился к бару. — Только я совершенно не представляю, где достать перья. Можно распороть подушку. Только Мэгги это не понравится.
Сен-Жюст взял бокал, снова опустился на гору подушек, которую соорудила для него Мэгги, и глубоко вздохнул.
— Так намного лучше. Стерлинг, если ты хоть кому-нибудь проговоришься, я поколочу тебя. Но, должен признаться, у меня болит в таких местах, о существовании которых я не подозревал. Теперь объясни мне еще раз, что тут делают Бернис и миссис Лейтон?
Стерлинг подошел к дивану и сел.
— Мне кажется, Бернис платит Носоксу, чтобы он ей все рассказывал, с тех самых пор, как умер мистер Толанд. Он немедленно докладывает ей обо всех неприятностях, что происходят здесь. Мы, конечно же, сказали ему, куда идем, когда спешили к тебе в больницу. Он позвонил Бернис, Бернис позвонила миссис Лейтон, и обе приехали. Приятно, когда все заботятся о тебе, верно?
— Мне было бы приятно, Стерлинг, если бы они все убрались к себе домой и занялись своими делами, особенно лейтенант.
— Ты бываешь таким неблагодарным, Сен-Жюст, — нахмурился Стерлинг. — И не забывай, что лейтенант сегодня вечером собирался сопровождать Мэгги на ужин. Ты нарушил его планы. Мэгги сказала, что тебя нельзя оставлять одного. Вдруг голова совсем разболится.
Сен-Жюст глотнул вина и посмотрел в сторону кухни.
— Ах да, тот самый ужин. Как ты думаешь, Стерлинг, не пора ли попросить лейтенанта определиться в намерениях?
— Ты назначил себя ее телохранителем?
Сен-Жюст бросил шерстяной плед на спинку дивана.
— У нас есть свои интересы, Стерлинг. В каком положении мы окажемся, если дело дойдет до свадьбы? Меня не приводит в восторг пресловутая Ассоциация молодых христиан.
— Да уж, — снова нахмурился Стерлинг, — я как-то не подумал об этом. Но ведь еще рано об этом, и ты еще не вышел из игры. Ты ведь в этом заинтересован, да, Сен-Жюст?
— Пожалуй, да. Вероятно, — проговорил Сен-Жюст, медленно поворачивая бокал с вином в руках и думая о чем-то своем. — Ну что ж, друг мой. Сохрани все в тайне, чтобы Мэгги не обрушила на мою больную голову нотаций о вреде вина и о сотрясении. И еще, будь добр, пригласи всех сюда, в гостиную. У нас имеется кворум, и я хотел бы снова обсудить убийство мистера Толанда. Мне всегда удавалось воспользоваться любой ситуацией.
И тут у Стерлинга случилось одно из тех озарений, за которые его так любят читатели Мэгги. Он забрал пустой бокал из руки друга и проговорил:
— Воспользоваться ситуацией, чтобы обсудить убийство или встать между Мэгги и лейтенантом? В данном случае, Сен-Жюст, тебе не помешает одержать победу.
Глядя вслед Стерлингу, Сен-Жюст задумчиво произнес:
— Кажется, мне сделали выговор. Определенно выговор. Такое впечатление, что на меня напал пушистый кролик.
Гости, один за другим, вошли в гостиную, расселись по местам или остались стоять (лейтенант занял любимое место Сен-Жюста, место оратора, у камина). Мэгги устроилась в кресле возле окна, рядом со столом, обхватив колени руками. Еще один пушистый кролик, только зубы острее.
Стерлинг обосновался рядом с диваном, где возлежал Сен-Жюст, а обе дамы присели на диван напротив. Табита Лейтон выискивала взглядом, нет ли у него ссадин и синяков, Бернис Толанд-Джеймс расслабленно откинулась на спинку дивана, от всей души вливая в себя, кажется, уже третью порцию виски… а вечер еще только начинался.
— Мы опять играем в «Чарли Чен собрал подозреваемых»?[35] — спросила Бернис, улыбаясь Сен-Жюсту. — Я хочу быть «сыном номер один». Мне нравится этот старый фильм.
— Не имею ни малейшего понятия, о чем ты говоришь, Бернис, — ответил Сен-Жюст, — но если ты хочешь поучаствовать в дискуссии, воздержись от дальнейших возлияний. Это просто совет.
Берни расхохоталась, совсем не обидевшись.
— Ты просто завидуешь, потому что тебе можно только похлебку Табби. Хочешь, я положу туда оливку? Или, может, декоративный зонтик?
— Берни, оставь его. Его все-таки сбил автобус, — проворчала Табита Лейтон, глядя на Сен-Жюста. — У вас точно все нормально?
— Благодарю, никогда не чувствовал себя лучше, — ответил Сен-Жюст и, зачерпнув полную ложку похлебки, мужественно проглотил безвкусную, едва теплую жижу. — Должен признать, мне доставляет куда больше неудобств то, что меня принимают за неопытного юнца.
— О чем это он? — спросил Венделл у Мэгги.
— Понятия не имею, — ответила она. — Алекс, о чем это ты?
Наконец, завладев всеобщим вниманием, как и планировалось, Сен-Жюст повернулся и посмотрел на каждого присутствующего в гостиной.
— Сегодня я покидал кабинет Нельсона Пинкера в полной уверенности, что убийца не он. И до сих пор не представляю, кто все-таки убил.
Далее прозвучали следующие высказывания:
Табита Лейтон: «Вы подозревали Нельсона?»
Сен-Жюст: «Я этого не говорил».
Стерлинг: «Нет. Ты сказал, что идешь подышать воздухом, а я могу оставаться дома. Как тебе не стыдно, Сен-Жюст».
Стив Венделл: «Когда вы научитесь не совать свой британский нос в дела полиции?»
Мэгги: «О черт, Алекс, я так и знала, что должна пойти с тобой. Что ты натворил?»
Берни: «Стерлинг, золотце, там есть еще лед?»
— Волнения прекратились? Хорошо. — Сен-Жюст подавил желание помассировать пульсирующие виски. — Да, сегодня я нанес короткий визит нашему мистеру Пинкеру в «Книги Толанда». Он говорил, что собирается сегодня работать, однако, когда я увидел его, он увлеченно пытался довести себя до апоплексического удара.
— Занимался на тренажерах, — кивая, перевела Берни. — Я всегда хотела узнать, кто же заплатил за это оборудование. Думаю, сейчас представится возможность. Простите, — она поморщилась, — я не хотела перебивать. Продолжай, Алекс.
— Спасибо, я как раз и собирался. Я отправился к Пинкеру в надежде раз и навсегда убедиться в том, что он либо виноват, либо нет. Он доказал, что является тряпкой, как я всегда и подозревал. И я мысленно вычеркнул его из списка подозреваемых. Однако по дороге домой, когда я прошел два квартала, меня толкнули под автобус.
— Пинкер шел за вами и толкнул? — предположил Венделл. — Он настолько глуп? Не знаю, Блейкли. По-моему, это очевидно.
— Как это малодушно. Что за жалкий тип, — покачал головой Стерлинг.
Мэгги замахала руками со своего насеста возле окна.
35
Чарли Чен — сыщик, герой романов Эрла Биггерса (1884—1933), а затем — многочисленных фильмов, которых с J926 по 1949 г. было снято около пятидесяти. «Сын номер один» — так называл сына полицейский в одном из фильмов о Чарли Чене.