Английский офицер пунктуально доставил двенадцать туземцев на вокзал в Кисуму. Но, как только они увидели Абдаллу, четверо убежали. Ему стоило больших усилий засунуть оставшихся восьмерых в поезд. Когда прибыли на первую станцию, сбежали еще трое. Страх перед «арабом-работорговцем» был слишком силен. Через остановку сбежали еще двое, и очень большая удача, что до Момбасы удалось довезти этих троих. Я повела их на рынок, чтобы «артисты» воспрянули духом и перестали бояться, — там их накормила и купила одежду.
По счастливой случайности однажды в такси я разговорилась с молодым чернокожим водителем, знающим английский, и поведала ему о своей проблеме. Он согласился помочь и посоветовал отправиться в порт, где я увидела грузчиков с усталыми лицами, которые таскали на плечах тяжелые тюки. Таксист переговорил с несколькими, и вскоре четверо решили поехать со мной, если я выкуплю их у работодателя и дам возможность попрощаться с семьями, а так как все они жили в Момбасе, то это не было проблемой.
Перед заходом солнца мы отправились в путь. Мой водитель все организовал. Шеф-венец, державший в Момбасе пункт проката машин, — не хотел отпускать интеллигентного юношу, свободно изъяснявшегося на английском. Но по тем же причинам он был нужен и мне самой. К тому же парень идеально подходил на роль Коки. В конце концов венец сдался, видимо, еще и потому, что Кока, как теперь я его называю, непременно хотел остаться с нами.
По дороге через город я случайно обратила внимание на прислонившегося к стене дома огромного негра. Он был в лохмотьях, но фигура — как у атланта. Мгновение я колебалась, но потом все же попросила Коку остановиться. Мы нуждались в восьмом «рабе», и я убедила Коку спросить, присоединится ли незнакомец к нашей компании. Получив от Коки деньги и разглядев других негров в машине, парень полез в кузов. Чувствовал он при этом себя неловко. Видимо, оттого, что был таким оборванным. Мы пообещали дать ему новую одежду.
Сегодня, вспоминая поездку с «черным грузом» из Момбасы в Ламу, удивляюсь: какой же безрассудной и смелой я была! Тогда, тридцать лет назад, еще не существовало трассы Малинди — Ламу. Ни мотелей, ни бензозаправочных станций на расстоянии в 350 километров — только разбитая грунтовая дорога через первобытный лес.
После того как проехали Малинди, обнаружилось, что в спешке я забыла взять с собой провизию и воду. А ехать предстояло по меньшей мере девять часов! Голод уже давал о себе знать. Что же чувствовали мои африканцы?!
Преодолев саванну, мы стали пробирались сквозь густые джунгли. Ветки стучали о стекла машины. Кока ехал очень медленно, стараясь избегать камней и канав. Когда попадались поваленные деревья, он убирал их с помощью негров. Наша тяжело груженная машина несколько раз опасно кренилась на бок. Мы втроем — Кока, Абдалла и я — сидели впереди, а позади нас, в тесноте, — негры.
Ночное путешествие единственной белой женщины с девятью малознакомыми неграми и одним арабом — просто сказка!
Повсюду нас сопровождали светящиеся в ночи глаза диких обитателей джунглей. Слонов и носорогов тропа, по которой мы ехали, нисколько не смущала. Иногда даже приходилось останавливаться и подавать назад, чтобы не мешать животным. Вдруг водитель резко затормозил. Нас подбросило вверх, и в свете фар мы увидели питона, длинного и толстого, словно ствол дерева. Он был огромный и почти белый. Я с ужасом наблюдала, как медленно удав ползет вперед. Эти минуты показались вечностью, пока наконец змея не исчезла в кустарнике.
Между тем я стала замечать в моих неграх проявление признаков беспокойства и даже страха. Им, наверное, показалось, что их просто-напросто обманули и похитили. Кроме того, все мы были голодны. Я почувствовала, что зреет «бунт на корабле». Африканцы кричали наперебой и размахивали руками. Ситуация накалялась. И тут меня словно осенило: я тоже замахала руками и закричала на суахили:[450]«Пойте!»
Коко запел неуверенно, но его постепенно поддержали остальные. Было видно, что пение притупляет их страх. Так продолжалось, пока в два часа ночи мы не достигли небольшого залива, отделявшего нас от полуострова Ламу.
Лодочник, который должен был доставить нашу группу на место палаточного лагеря, спал. Его пришлось будить. На лодке негров снова охватила паника. Видимо, оттого, что некоторые из них знали, как таким вот образом, по воде, многих их родственников и соплеменников доставляли на корабли, а затем увозили в чужие края в рабство. С трудом нам с Кокой удалось успокоить «артистов».