Калл. Не знаю, как-то представляется, что ты, Сократ, хорошо говоришь; однако ж мое чувство – на стороне большинства: я не очень верю тебе.
Сокр. Конечно та, запавшая в твою душу любовь к народу противостоит мне, Калликл; но если мы будем почаще и получше рассматривать это самое – поверишь. Вспомни-ка: мы назвали два способа попечения как о теле, так и о душе; один печется об их удовольствии, другой – об их улучшении, и не поблажает, а противится. Не это ли тогда определили мы?
Калл. Конечно.
Сокр. Ну так тот, что для удовольствия, неблагороден и есть не более, как ласкательство. Не так ли?
Калл. Если хочешь, пусть и так.
Сокр. А другой-то направляется к тому403, как бы сделать их наилучшими, – тело ли это будет, или душа, о чем мы заботимся?
Калл. Конечно.
Сокр. Но не так ли следует нам взяться за попечение о городе и гражданах, чтобы сделать их гражданами наилучшими? Ибо без этого, то есть если рассудок их не будет добропорядочен, нет пользы, как мы прежде нашли, оказывать им какое-нибудь благодеяние: давать много денег, вверять над кем-либо власть или облекать их иною силою. Положим ли, что это так?
Калл. Конечно, если тебе угодно.
Сокр. Пусть же теперь мы, занимаясь публично гражданскими делами, приглашаем друг друга к домостроительству, к построению либо стен, либо судов, либо храмов, – к возведению больших зданий. Не надлежало ли нам сперва рассмотреть самих себя и испытать – во‐первых, знаем ли мы это строительное искусство или не знаем и у кого учились ему? Надлежало или нет?