Новый, 1950 год начался неспокойной смесью радости, гордости и разочарования.
Наташа теперь делала акцент на жестикуляцию и движения. «Владей своим телом, владей телом, владей телом!» — говорила она чуть ли не набожно, словно бы взывала к самой себе и к своим подавляемым желаниям. Одновременно Джонни осаждал и изводил продюсеров, добиваясь, чтобы те привлекали Мэрилин играть, и действуя везде, где это только было возможно. В январе ее поспешно ангажировали в снимавшийся на киностудии «Фокс» нудный фильм Микки Руни под названием «Шаровая молния», где она появлялась буквально на несколько секунд (причем совершенно неожиданно) в качестве девушки-компаньонки, которая на лужайке сопутствует богатым игрокам в крикет.
Работа над этим фильмом не подверглась полному забвению актрисой и не канула для Мэрилин в лету только потому, что она познакомилась тогда с парикмахершей из «Фокса» по имени Агнесс Фланеген — приятной особой с развитым материнским инстинктом, которая потом многократно причесывала Мэрилин. В то время как Джонни Хайд был (по крайней мере, частично) символом отца, Агнесс в гораздо большей степени, нежели суровая Наташа, выполняла тогда для Мэрилин материнские функции: актриса часто навещала семейство Фланегенов и их двоих детей, время от времени присоединяясь к ним в качестве почти полноправного члена семьи. Агнесс незадолго перед смертью, последовавшей в 1985 году, вспоминала, что в присутствии Мэрилин она должна была соблюдать осторожность в высказываниях о том, что ей понравилась какая-то одежда или вещица, — поскольку обычно предмет, упомянутый при актрисе, на следующий день появлялся в доме у Фланегенов. Такая щедрость продолжалась вплоть до 1962 года, когда Мэрилин незадолго до смерти успела прислать Агнесс копию своих садовых качелей, пришедшихся последней по вкусу. Подобные спонтанные великодушные поступки были весьма типичны для Мэрилин — причем даже тогда, когда она испытывала затруднения с финансами; по существу, всю жизнь она считала, что деньги нужны для того, чтобы тратить их на людей, которых любишь.
В том сезоне Мэрилин получила две еще меньшие роли в совершенно позабытых кинокартинах, снятых на студии МГМ. В фильме «Подходящая помесь» она произнесла меньше двух десятков слов и вновь осталась незамеченной, стремительно промелькнув на экране в качестве некой Дасти Ле Дуа; в сценарии эта девица характеризовалась как «молодая манекенщица» и должна была порождать примерно те же самые ассоциации, что и «племянница» в «Асфальтовых джунглях». Во время коктейля к персонажу Мэрилин подходит незнакомец (его играет Дик Пауэлл[155]), который приглашает ее к себе в квартиру на домашний обед и обещает: «Если будешь хорошо себя вести, я тебе дам рецепт», на что она отвечает с сарказмом: «Что входит в это блюдо, я и так знаю».
Потом, уже в начале весны, Мэрилин запихнули в какой-то неясный фильм, который быстро исчез из виду и только через парочку лет после смерти актрисы вынырнул где-то в Австралии. Эта лента под названием «История из родного городка» представляла собой профинансированный промышленниками дифирамб, пропетый в честь американской послевоенной коллективной находчивости и изобретательности. Мэрилин ненадолго появляется там в качестве Ирис — то ли дежурной, то ли портье в офисе редакции провинциальной газеты, которую выводят из равновесия оценивающие и сладострастные взгляды ее шефа.
Хотя после выступления в двух этих кинофильмах Джонни Хайд усиленно рекомендовал Мэрилин студии МГМ, тамошний руководитель отдела производства Доур Шэри не предложил ей дальнейшего сотрудничества. Он отговорился тем, что у студии имеется подписанный контракт с Ланой Тёрнер и потому там, мол, не требуется еще одна блондинка, конкурирующая с Ланой; в то же время в разговорах с коллегами, например с той же Люсиль Раймен Кэрролл, Шэри высказывал чрезвычайное возмущение романом Хайда и Монро. Итак, в апреле на счету Мэрилин имелось девять ролей, сыгранных на протяжении трех лет, причем ни одна из них ни на йоту не приблизила актрису к славе. Фильм «Девушки из кордебалета» превратился в нечто уже позабытое и второразрядное, а «Асфальтовые джунгли», хоть и получили определенное одобрение со стороны критики, были слишком мрачной картиной, чтобы Мэрилин с ее помощью могла завоевать популярность.
155
Снимался на ведущих ролях в картинах «Золотоискательницы 1933 года» (1933), «Сорок вторая улица» (1933), «Сон в летнюю ночь» (1935) по У. Шекспиру, режиссер Макс Рейнхардт, «Прощай, куколка» (1944) по Р. Чандлеру, «Плохой и красивая» (1952), поставил военный фильм «Враг под нами» (1957).