Самореклама была второй натурой Мэрилин, и актриса пришла к выводу, что первым журналистом, которому следует передать указанную «горячую» новость, должен быть человек с «Фокса». Днем 14 января в половине второго она позвонила из Сан-Франциско Гарри Брэнду. Потом она отправилась в канцелярию Чарлза С. Пири, федерального судьи городской мэрии, где молодых внесли в соответствующий реестр: Джо указал свой подлинный возраст — тридцать девять лет; она написала подлинную фамилию (Норма Джин Мортенсен Доухерти), однако отминусовала себе три года и сказала, что ей исполнилось двадцать пять. Мэрилин, одетая в темно-коричневый костюм первоклассного качества, украшенный горностаевым воротничком, стояла бок о бок с Джо. Три орхидеи слегка подрагивали в ее руке, когда она обещала «любить, уважать и утешать»; отсутствие обещания «быть послушной» немедленно было замечено журналистом, которого впустили в зал. В торжественной церемонии участвовало совсем немного родственников и знакомых Джо; со стороны Мэрилин никого из близких не было. Когда цветы быстро увяли в ее горячей ладони, артистка обратилась к Джо: а если она умрет раньше него, будет ли он каждую неделю возлагать букет на ее могилу — так, как Уильям Пауэлл заботился о месте последнего успокоения своей любимой, Джин Харлоу? Джо обещал.
На супругов Ди Маджио, намеревающихся как можно быстрее покинуть офис судьи, накинулись две сотни журналистов и фотографов, а также более трехсот поклонников, которых впустили в здание городской мэрии. Молодожены вынуждены были согласиться на то, чтобы их засняли, дали репортерам короткое интервью, а затем последовал непременный поцелуй перед фотокамерами и еще один поцелуй.
— Сколько детей вы планируете? «Я лично хотела бы иметь шестерых», — ответила Мэрилин. Джо ограничился одним ребенком.
— Где вы будете жить? «Здесь, в Сан-Франциско», — звучал ответ Джо. «Я собираюсь делать карьеру, — призналась Мэрилин, а после того, как заметила взгляд, брошенный на нее Джо, добавила: — но хочу помимо этого быть и хозяйкой дома».
Вслед за этими словами Джо едва ли не рявкнул: «Пошли». Он взял Мэрилин за руку и быстро двинулся в направлении задней лестницы; однако они свернули не в ту сторону и попали к кабинету начальника налогового управления, а потом на протяжении двух этажей лестничных маршей продирались сквозь десятки ловцов автографов, пока все-таки не добрались до темно-синего «Кадиллака» Джо, стоявшего неподалеку от здания. Новоиспеченный муж Мэрилин поспешно завел двигатель, и молодая пара быстро отъехала, проигнорировав последний вопрос о том, где они планируют провести медовый месяц[255].
Ближе к вечеру они заехали в городок Пасо-Роблес на полпути между Сан-Франциско и Лос-Анджелесом, где в скромном отеле «Клифтон» Джо снял комнату за шесть долларов, настаивая, чтобы там была двуспальная кровать и телевизор. «Обычно я беру семь пятьдесят, — уверял их Эрнест Шарп, владелец заведения, — но сейчас не сезон». Через много дней он сообщил прессе, что Мэрилин «вся сияла», а Джо выглядел «серьезным и усталым». Шарп добавил про услышанную им загадочную фразу Джо, обращенную к жене: «Нам надо забыть о том, что мы оставили позади себя».
На следующее утро Мэрилин позвонила Лойду Райту, чтобы узнать о последних новостях, а также об известиях, поступивших на ее имя. Видимо, в качестве акта доброй воли по отношению к Мэрилин и в связи с ее замужеством студия «Фокс» временно возобновила приостановленную было выплату еженедельных сумм. Мэрилин снова попала в платежную ведомость, и ее самым что ни на есть любезным образом попросили вернуться на работу, дабы успеть на репетиции и пробы к «Розовым колготкам», начинающиеся 20 января. Однако Джо оставался неумолимым — его жена не будет выступать во второразрядном кинофильме в роли женщины легкого поведения. Невзирая на то что в брачной клятве Мэрилин не упоминалось послушание, тут она целиком согласилась с мужем. Когда и после 26 января актриса не показалась на работе, на студии верх взяли деловые соображения и ей снова приостановили выплату денег, причитающихся по контракту. Тем временем, покинув 15 января Пасо-Роблес, супруги Ди Маджио двинулись к югу от Лос-Анджелеса в поисках убежища и нашли его в мотеле неподалеку от Палм-Спрингс, где, кстати, Джо потребовал сменить номер, когда оказалось, что на экране их телевизора не слишком четкое изображение.
255
В мире наибольшую заинтересованность состоявшимся бракосочетанием проявил, бесспорно, Лондон. «Мэрилин выходит замуж», оповестил «Дейли экспресс» в заголовке, растянувшемся на всю ширину полосы. «Ах, что за домохозяюшка!» — вносила свой акцент «Дейли скетч». «Я навеки твоя, Джо», — так импровизировали журналисты из «Дейли миррор». — Прим. автора.