В течение первой майской недели Кьюкор снимал кадры, не требующие присутствия Мэрилин, — сцены с Дином Мартином и Филом Силверсом[472], с Дином Мартином и Сид Чарисс, сцены в суде, реализовавшиеся в другом съемочном павильоне, а также сцены и кадры, изображающие мир с точки зрения героини Мэрилин. Гринсон по-прежнему настаивал на двух сеансах в день, и Мэрилин по дороге к нему, как показывают записи в контрольном листке водителя, останавливалась в аптеках «Винсент», «Хортон-конверс» и еще в какой-то на Вествуде. Гринсон, как и ранее, выписывал ей множество лекарств — не против гайморита (это являлось прерогативой Энгельберга или Рубина, которых Мэрилин тоже навещала), а от тревоги и волнения, которые порождались в ней ходом реализации ленты «С чем-то пришлось расстаться». Однако барбитураты и успокоительные препараты, назначаемые ей, действовали совершенно не так, как надеялся Гринсон. Вместо того чтобы способствовать лучшей работе Мэрилин и стимулировать ее творческую отдачу, таблетки все сильнее нарушали функционирование организма актрисы; в сочетании с антибиотиками они оказывали еще более сильное успокоительное и усыпляющее воздействие, становясь причиной того, что она постепенно теряла ориентацию, а также чувствовала себя в большей степени одурманенной и сонной. Случайный наблюдатель мог бы ошибочно решить, что она ведет себя как хроническая алкоголичка. На Джоан Гринсон снова возложили обязанность возить Мэрилин, часто опьяненную наркотиками и бормочущую бессмыслицу, к ним домой и обратно, когда у Руди бывали выходные дни.
Находясь в таком состоянии, Мэрилин временами имела претензии к друзьям или вела себя по отношению к ним неподобающим образом. Случалось, что она трактовала Пат как служанку, а не как квалифицированную помощницу; например, она распорядилась провести в дом Пат вторую телефонную линию, чтобы иметь со своим агентом постоянный контакт, и актриса могла обратиться к ней с самой ничтожной просьбой или жалобой в любое время дня и ночи. Однако, когда Пат, не заплатив последний взнос, потеряла свой автомобиль, Мэрилин подарила ей новый, махнув рукой на затраты.
В понедельник, 7 мая, Мэрилин под воздействием чувства долга прибыла на работу, но через полчаса ее, попеременно то трясущуюся от холода, то обливающуюся потом, отослали домой. Предвидя такую возможность, Кьюкор и его второй исполнительный продюсер подготовились к альтернативным сценам, и вся группа отправилась на юг, на Бальбоа-Айленд, чтобы там заняться съемками кадров без Монро. Когда они добрались на место, погода испортилась, и весь следующий день моросило. Все вернулись на съемочную площадку в четверг, который был четырнадцатым съемочным днем (только один из них проходил с участием Мэрилин), что означало четыре с половиной дня опоздания — ни в коем разе не вызванного болезнью Мэрилин и вполне типичного для производства многих других картин. С обычной голливудской изобретательностью (прогнозируя, к примеру, непредвиденные происшествия, болезни, «нелетную» погоду, изменения в сценарии или новые декорации) планы менялись; в принципе говоря, 10 мая в уточненный график работ был для компенсации отставания введен всего лишь один дополнительный съемочный день.
В пятницу Мэрилин позвонила на студию и попросила Эвелин принести ей пару мелочей из гардероба, за что дублерша актрисы с удовольствием взялась. Когда Эвелин прибыла на Пятую Элен-драйв в надежде увидеться с Мэрилин, Юнис коротко и вежливо отправила ее восвояси: «Мне очень неприятно, но у мисс Монро сейчас посетитель». Как позднее сориентировалась Эвелин, в этот момент Мэрилин попросту была в другом конце дома или лежала в ванне и понятия не имела о приходе подруги. «Но что я могла поделать? — задала Эвелин через много лет риторический вопрос. — Миссис Мёррей напоминала скрытую камеру, установленную доктором Гринсоном»; кто-то иной мог бы предложить альтернативное сравнение: она напоминала миссис Денвере, отвратительную ключницу, которая терроризировала вторую миссис де Винтер после смерти Ребекки[473].
В субботу приехала Паула вместе с сестрой Би Гласс, которая приготовила суп по-домашнему и всякие любимые разносолы Мэрилин. Прибыл и Джо — чтобы провести здесь уик-энд, — и Мэрилин ненадолго оказалась в кругу преданных ей и доброжелательных людей, благодаря чему и сама была весела, невзирая на болезнь, уже долго донимавшую ее. Пат кратко подсуммировала чувства нескольких близких друзей актрисы, когда сказала, что из всего окружения Мэрилин «наиболее лояльной и полезной была Паула. Она критиковала свою подопечную за опоздания, но много дала ей. И она никогда не пыталась захватить звезду в исключительную собственность или устранить других людей из ее жизни». Ральф Робертс, который тоже заскочил с визитом, обнаружил, что Мэрилин окружена атмосферой тепла и понимания: «В ту пору Джо был действительно единственным мужчиной в ее жизни, и это вселяло в нас надежду, ибо все мы ощущали, что союз Мэрилин с Гринсоном таит в себе нечто ужасное; даже Руди отдавал себе в этом отчет».
472
Снимался на ведущих ролях во многих фильмах, начиная с мюзикла «Леди, будьте хорошей» (1941) и до главной роли в псевдоримской комедии «Забавное приключение по дороге на Форум» (1966), был в 1952 году лауреатом премии «Тони» для лучшего актера, имел собственное шоу на канале CBS, за которое получил в 1955 году премию «Эмми», и т. д.
473
Речь здесь идет о кинофильме «Ребекка», выпущенном в 1940 году. Этот фильм (он был режиссерским дебютом А. Хичкока в США) удостоился премии «Оскар» как лучшая картина года. Невинная молодая женщина, ставшая супругой богатого англичанина Максима де Винтера (его играл Лоренс Оливье), испытывает враждебность со стороны его домоправительницы, миссис Денверс, и начинает явственно ощущать, что та желает ей зла. В конечном счете она выясняет многое насчет характера и нравов Ребекки, первой миссис де Винтер, и безвременно умирает.