В 1938 году Годдарды жили — по существу задаром — в одном из домов Аны по Одесса-авеню в Ван-Найсе, в то время как сама Ана частично занимала принадлежащий ей дом на две семьи на Небраска-авеню, 11348, в западной части Лос-Анджелеса (первый этаж она сдавала). Ана за содержание Нормы Джин Бейкер должна была ежемесячно получать от штата Калифорния тридцать долларов. (После злосчастного эпизода с телефонными звонками от Мортенсена Грейс везде записывала Норму Джин под фамилией, которую ее мать, Глэдис, носила в первом браке, поскольку даже сама Глэдис чаще всего использовала именно ее.)
«Тетя Ана», как называла ее Норма Джин, была пышнотелой, беловолосой и незлобивой, даже снисходительной особой. Она принадлежала к числу усердных приверженцев известной секты Христианской науки[58]и уже дошла там до звания «исцелителя».
«Эта женщина была весьма религиозной, — вспоминает Элинор Годдард, — но без узколобого фанатизма. В принципе Ана была рассудительной, невероятно сострадательной, жалостливой и сердобольной, а также терпимой. Выглядела она — благодаря внушительной фигуре — грозно и сурово, но сердце у нее было мягким, и в ней не было ровным счетом ничего от напыщенной и надменной матроны, каковой ее часто полагали».
Ана была великодушным человеком, весьма дружелюбно настроенным к людям; ее трудолюбие и приверженность религии явились причиной того, что раз в неделю она посещала тюрьму Линкольн-Хейтс, где читала узникам Библию.
В жизни Нормы Джин только Ана Лоуэр проявила к ней подлинную любовь.
Она переменила всю мою жизнь. Эта женщина была первым на свете человеком, которого я действительно любила и который любил меня. Она была потрясающим человеком. Когда-то я написала про нее стихотворение [давно потерянное], и знакомые, которым я его показывала, просто плакали... Оно называлось «Люблю ее». Только она одна любила меня и понимала... Эта женщина никогда не нанесла мне рану, ни единого разочка. Просто она не смогла бы. Это была сама доброта и любовь.
Однако, какой бы доброй ни была Ана, она являлась всего лишь одной из многочисленных женщин, заменявших Норме Джин мать. Эта почтенная особа могла окружить девочку нежной заботой и относиться к ней как к дочери, которой у нее самой никогда не было. Но это не меняет того факта, что Ана была очередной женщиной в окружении Нормы Джин, которая перенесла развод, что неоспоримо повлияло на отношение пожилой дамы к мужчинам (точно так же, как это было в случае Глэдис, Грейс и Иды Мартин). «Разумеется, мы никогда не вели с ней разговоров на темы супружества и секса», — признавалась Мэрилин Монро много лет спустя.
Тогда возникла до странности двусмысленная ситуация, поскольку Ана, хотя за ее спиной уже был неудачный брак и она была самой старшей из всех, кто опекал Норму Джин, все равно никогда не оказала девочке по-настоящему женского доверия. Несомненно, отношения между ними осложняла страстная вера Аны в фундаментальные положения Христианской науки, принципы которой она старалась навязать Норме Джин. В августе 1938 года и позднее девочка систематически принимала участие в местных богослужениях секты Христианской науки — дважды в воскресенье и еще один раз в течение недели.
Ана Лоуэр мягко, но слишком уж примитивным образом старалась убедить Норму Джин, что настоящим является только пребывающее в нашем разуме, а разумом можно вознестись на любые духовные вершины. Однако это не убеждало девочку, которая к тому времени уже слишком долго сбегала от ненадежной действительности в мир мечтаний и грез, роящихся видениями из просмотренных ею кинофильмов, а еще — планами преображения в Джин Харлоу, которые с наслаждением обдумывала Грейс, равно как и своими собственными детскими фантазиями. Иными словами, религиозные чувства Аны, усугубленные благодаря ее викторианско-пуританским убеждениям, а также возрасту (который у молодых людей вроде Нормы Джин ассоциируется с закатом жизни), не были подходящими для девочки, если принять во внимание ее прошлый опыт, а также текущие потребности периода созревания.
58
Секта, которая базируется исключительно на Священном Писании и учит исцелять болезни усилиями разума и духа. Основана около 1866 года.