Впрочем, неудача на «МГМ» была относительной (хотя и не удалось заключить долгосрочный контракт, но роль Анджелы стала для Мэрилин поистине рывком вперед, выходом из болота студийных «игр») и не могла сколько-нибудь серьезно расстроить планы Джонни Хайда, знавшего в Голливуде все и вся и пользовавшегося громадным влиянием. У него была определенная цель — сделать из Мэрилин «звезду» с мировой славой, и он шел к ней, ни на что не обращая внимания. В конце концов, от него требовалось «всего лишь» придать ее движению от одной роли к другой необходимое («звездное») ускорение, чего он, как мы знаем, и добился, хотя бы ценой собственной жизни. По-видимому, права Сандра Шиви, предположив в своей книге, что Хайд умер, попросту надорвавшись, когда, одержимый глубокой, безрассудной и нерассуждающей страстью к уже было отчаявшейся Мэрилин, он чуть ли не буквально ломал недоброжелательность и кастовое презрение к ней со стороны властителей кинобизнеса. Уже зная, что представляли из себя Занук и Скурас, Кон и Шэйри (не отставали от них и сошки помельче), отдадим должное отваге, стремительности и влюбленности Хайда — того, чего он добился для Мэрилин, добиться было не просто. Не говоря даже об отношении к ней боссов, в целом ситуация в американском кино, какой она сложилась к началу десятилетия, явно не располагала к появлению на экране свежих лиц. Ошибка, в которой каялся потом Дор Шэйри, была на самом деле не ошибкой, а нежеланием рисковать. Свежее лицо на экране — всегда финансовый риск, а с общей и социальной и психологической «усталостью» американского киноэкрана тех лет (плюс наступление телевидения) поводов рисковать у киномоголов было и без того предостаточно.
В конечном итоге Хайд уломал все того же Даррила Занука на заключение с Мэрилин долгосрочного (на семь лет) контракта, и к началу декабря 1950 года, то есть фактически за три недели до смерти, подготовил все необходимые документы. В качестве условия для возврата Мэрилин в орбиту «XX век — Фокс» Занук выдвинул участие ее в одном из фильмов студии в какой-нибудь небольшой роли. Из фильмов, запускавшихся в тот год, Хайд выбрал такой, какой, в случае удачи, мог обеспечить Мэрилин требуемое ускорение. Речь идет о фильме «Все о Еве», к съемкам которого по роману Мэри Орр «Мудрость Евы» приступал Джозеф Манкиевич, год назад добившийся «Оскара» за фильм «Письмо трем женам». Настойчивый и энергичный, Хайд сначала уговорил Манкиевича включить в съемочную группу Мэрилин на проходную роль «глуповатой и циничной блондиночки» мисс Кэсуэл, а затем убедил Мэрилин в том, что синица в руках лучше журавля в небе и проходная роль в фильме талантливого режиссера всегда эффективнее любой роли в пустой картине обычной бездарности, да и ее еще надо получить[24]. Соответствующий опционный контракт (на одну неделю!) был заключен, и началась работа над фильмом.
Об этих обстоятельствах пишет и Манкиевич: «После «Асфальтовых джунглей» прошло примерно полгода, и он [Хайд] понимал, что в любой карьере нельзя терять темпа. Понимал он и то, насколько важно именно для Мэрилин сниматься в значительном фильме. Он не уходил из моего офиса. И я сказал «да» — ведь Джонни, как никто, сражался, чтобы преодолеть упорное сопротивление возврату Мэрилин на «XX век — Фокс». 27 марта 1950 года Мэрилин Монро подписала контракт на пятьсот долларов в неделю с недельной же гарантией. Я так понимаю, что это предшествовало обычному долговременному контракту по студийному опциону. Он оказался необыкновенно выгоден для «Фокса» и длился до конца ее жизни». И пусть это не вполне так — руководство «Фоксом» за несколько месяцев до ее гибели расторгло с ней контракт, придравшись к частым пропускам съемок, хотя для компании это было все равно что зарезать курицу, несшую золотые яйца. Важно другое — ролью мисс Кэсуэл Мэрилин и в самом деле вступила на «звездную» тропу.
24
Правда, реальная жизнь тем и реальна, что отличается от намеченных планов: помимо «Все о Еве» Мэрилин практически одновременно все-таки сыграла проходные роли в двух «программерах» — «Стремительный» Тэя Гарнета и «Правый встречный» Джона Старджеса — историях из мира спорта, не принесших ей не только славы, но и (во втором фильме) даже упоминания в титрах.