Глава 8
Двадцать шестого августа 1201 года, посол Принципата, король Чехии и Польши, Филипп I Фальконбридж велел своей бригаде остановиться и разбить лагерь в месте слияния рек Идэр и Дэлгэр-Мурен. Разбить лагерь и каждый день его укреплять, а также разведать все окрестности.
То, что о его продвижении вглубь Монголии, всем причастным было давно известно, Принц-Бастард знал, дозоры постоянно замечали наблюдателей, но пока все племена предпочитали отходить с его пути. Двенадцать тысяч лошадей, хоть и мелких, степной породы, до сих пор внушали уважение всем встречным. Для кочевников это было огромное войско, они и представить себе не могли, что кто-то может отправить такую силу в посольство, с целью только поговорить. Не могли. И это к лучшему, никого не пришлось убивать по дороге. Это было бы не трудно сделать, но вдруг среди убитых окажется какой-нибудь небезразличный хану человек? Оправдаться, конечно, можно будет, имея под командой три тысячи мушкетов, девяносто тысяч выстрелов к ним и двадцать тысяч новых ручных бомб, оправдаться можно от чего угодно, но цели миссии это не соответствовало.
Лучшее место для резиденции посольства подсказал хан, перешедшего в подданство Спящего Леопарда, племени Татар. Полезный оказался хан, не дурак, не баламут и не трус. Да, он отступил от Орды, но стоит признать, что шансов в прямом военном столкновении у него не было никаких, и он не стал, подобно наглому, но глупому щенку искать личной славы, он поступил как настоящий вождь – спас своё племя от истребления. Филипп это понял и оценил. Оценил и пригласил Сульдже-хана поучаствовать в посольстве. Опасно? Конечно! Но хан Сульдже трусом не был, он просто был очень ответственным человеком, которому Судьба вверила будущее племени. Обеспечив будущее татар, комфортно расселившихся не землях Принципата, он снова стал бесстрашным воином и отличным командиром разведки. Его тысяча лёгкой конницы контролировала округу на три дневных перехода обозов Орды, поэтому внезапного нападения можно было не опасаться.
– Здесь нужно вставать, Сир.
– Здесь же никого нет, Сульдже. – хоть хана и крестили именем христианским именем Агафон, подходило оно ему не больше, чем корове седло – Нам нужно найти Тимуджина.
– С таким войском, ты его никогда не найдёшь, Сир. У тебя отважные воины, но в степи они слепые. Дальше идти нельзя, там нам нечем будет прокормить двенадцать тысяч лошадей и четыре тысячи воинов. Тут же высокая трава, а в реке есть рыба. И ты ошибаешься, что здесь никого нет, Тимуджин знает о нашем посольстве, будь в этом уверен, он контролирует каждый наш шаг.
– Почему же он до сих пор не прислал переговорщиков?
– Не знаю, Сир. Ходят слухи, что в Тимуджина ещё в детстве вселился тёмный дух, с тех пор его мысли и планы предугадать невозможно. Будь уверен, он всё про нас знает, и начнёт переговоры только тогда, когда будет удобно ему. Мы остановились в самом центре его владений. Эти реки сливаются и текут в великое северное море[26], на западном берегу которого уже заложен ваш город. Тимуджин не может этого не учитывать. Год мы продержимся, подъедая больных лошадей и рыбу из реки, а потом к нам придёт помощь по воде.
– Наш город, Сульдже. Наш. Привыкай. Только на одних мясе и рыбе мы не выживем. Цинга начнётся.
– Нет, Сир. Нужно вставать лагерем здесь и начинать готовить припас. Сейчас август, корешков можно много запасти, как и ягод. Будет не так вкусно, как в ресторане, но от цинги спасёмся. А вот если идти дальше – значит положиться только на милость Тимуджина. Вели ставить лагерь и укреплять его в город, а мы пока пошаримся по окрестностям.
– А корешки кто будет собирать?
– Вели создать команду. Все корешки от цинги годны, чем противнее на вкус, тем лучше, пусть перекапывают все поля, что уже объели лошади. Не сомневайся, Сир, как только Тимуджин увидит наши приготовления, он сразу пришлёт переговорщиков. Ставлю в залог свою бессмертную душу. – усмехнулся хан татар.
– Не кощунствуй, Агафон. Ты, конечно, в Христа всей душой не уверовал, но всё равно остерегись злить его в этой бесконечной степи. Он помогал мне в пустыне Святой земли, в Чехии, Польше и Прибалтике, поможет и здесь. Отправляй дозоры. Начинаем строить город.
– Извини, Сир. Я не кощунствовал и предложил в залог только свою душу.
– Езжай, Сульдже. Многого тебе не обещаю, но Сиру Кеннету обязательно понадобится герцог местных земель. А герцог – это уже сенатор.