На следующий день Мандзю пригласили к Ёритомо.
— Да, ты очень искусна в сложении имаё. Ты славно пела. Скажи, из какой ты провинции, кто твои родители, назови их имена. Я должен сделать тебе подарок, — сказал Ёритомо.
Мандзю снова не хотела называть родителей, но решила, что на этот раз уже невозможно скрыть, она сказала:
— Моя мать — Караито, та самая, что заключена в каменную темницу, что позади вашего дворца. Она покинула меня, когда я была четырёхлетним ребёнком, а весной прошлого года у нас в Синано стало известно, что моя мать арестована. Это может показаться невероятным, но, решившись спасти мать, я добралась сюда. Я хочу за имаё такой подарок: возьмите мою жизнь вместо жизни моей матери.
Ёритомо выслушал, он был удивлён и сразу ничего не сказал.
Немного погодя он заговорил:
— Так значит, Караито — твоя мать. Спасти Караито было столь же невозможно, как отыскать ворону с белой головой или рогатую лошадь. У нас большая радость, поэтому я ничего не пожалею. Раз Караито сумела сохранить свою жизнь-росу, приведите её и отдайте Мандзю.
Цутия сказал: «Слушаюсь!» Каменную темницу разбили, Караито, которая была узницей больше двух лет, освободили, проводили её в сад и отдали Мандзю.
Мандзю была счастлива, она крепко обняла мать и плакала и плакала от радости, и мать вместе с ней заливалась слезами. И сам Ёритомо, его приближённые, супруга, все самураи, которые при этом присутствовали, проливали благодарные слёзы.
Дети — одна из драгоценностей, которыми обладают люди. Вот Мандзю, не думая о том, что она женщина, а ведь ей было всего двенадцать-тринадцать лет, сумела добраться до Камакуры и спасла мать из пасти крокодила. Это удивительно!
Ёритомо сказал, что хочет сделать Мандзю подарок. Он отдал ей деревню Тэдзука в Синано с доходом в десять тысяч кан. От его супруги для Мандзю были отправлена тысяча золотых монет и тысяча связок узорчатого шёлка. В подарках приближённых сёгуна было золотого песка на пятьсот рё и тысяча хики шёлка из Мино. Каждый из камакурских даймё преподнёс Мандзю подарок.
Ёритомо сказал:
— Я хотел бы, чтобы Мандзю осталась в Камакуре, но, думаю, мать станет о ней беспокоиться, так что пусть они вместе возвращаются в Синано, — вздохнул он.
Мандзю обрадовалась, вместе с Караито они тут же отправились в Синано. В Камакуру Мандзю шла тридцать два дня, а теперь дорога домой заняла всего пять дней. Они прибыли в деревню Тэдзука и увидели старую монахиню. Мандзю плакала, лёжа ничком на полу. Когда она перевела дух от слёз, сказала:
— Мандзю вернулась. Послушай, бабушка, я — Мандзю, а это — Караито.
Монахиня посмотрела на свою дочь и заплакала счастливыми слезами. Все в доме проливали радостные слёзы. Благодаря тому, что она была почтительной дочерью, Мандзю, с помощью бодхисаттвы Хатимана с Цуругаока, сумела исполнить имаё, получила владение, спасла мать, которая два года была узницей, приобрела многочисленные богатства, а для потомков — процветание. Всё это благодаря дочерней почтительности Мандзю. Это радостный рассказ, каждому это понятно, каждый это чувствует.
В тексте цитата из «Сутры Каннон»:
(Игнатович, 1998, с. 285).
Драгоценный шар (драгоценная жемчужина, ходзю, хонсю, санскр. mani) — магический предмет, защищающий от зла и приносящий счастье. По форме напоминает слезу (каплю). Элемент буддийской архитектуры — хондзю венчает шпиль пагоды.